Это как возможно вообще?.. На вид просвещенная страна! Ну как — для другого мира. Но думать надо было раньше, да и не помогло бы, все равно уже попала — назад не так просто вернуться.

Сроки все поджимали, наказание надо мной нависло. Федро тем временем заплатил за меня миграционный залог, и теперь я могла приобрести переводчик законно. Добросердечный Мего отвез меня в министерство, и там я со слезами на глазах отдала двести пятьдесят гелдов. Каждый дополнительный гелд от Мего стал на вес золота. Хорошо, что у меня бесплатное жилье и питание, иначе бы я разогнала всех мексов в округе, самой пришлось бы в помойке рыться!

Жизнь, она как американские горки. То сидишь, ногами болтаешь, шастаешь по достопримечательностям, то считаешь каждый грош и работаешь с утра до ночи.

Но как раз в день перед моим трудовым выходным у меня должна была быть зарплата, так что я сильно не унывала. Ничего, деньги будут. Все равно тратить не на что, успокаивала я себя. Еда, койка, даже одежда есть, надо просто отложить — и все. И да, еще этот проклятый переводчик! Но к тому времени я накоплю, не так сильно ударит он по кошельку. И вот, скромно потупив глазки в пол, я ждала, пока Федро отсчитает мне честно заработанные двести гелдов.

Между прочим, я работала, получается, по двенадцать часов в день…

— Что? — фальцетом спросила я, когда Федро положил на стойку монеты, а я как-то сразу сообразила, что их тут несколько меньше, чем должно быть. Явно не двести гелдов!

Да тут и ста нет!.. Жулики!..

Глава четырнадцатая

— Почему так мало?..

От обиды я готова была разреветься, а от злости — порвать Федро в лоскуты. Скотина! Я ведь верила, надеялась, судьбе была благодарна! И ведь улыбается он, вроде доволен, хвалит, и вот такое?..

— Мало? — переспросил Федро и тут же нахмурился. — Дай-ка посчитаю…

— Нет уж, — я накрыла деньги рукой. — Их вообще мало, понимаете? Двести гелдов, двести! А тут?

— Сто два, — кивнул Федро, как будто не видел никакого противоречия.

— И как так вышло? — я с трудом заставила себя не вопить на всю округу. Но ведь ограбление! Лишили кровно заработанных! Но пришлось мне захлопнуться, потому что…

— Двадцать процентов от заработной платы в месяц — это твой трудовой налог, — принялся объяснять Федро. — Восемьдесят гелдов. Пятьдесят шесть гелдов — это медицинское страхование, ну какое есть, зуб выдернут, гипс на руку наложат, все остальное за деньги, но по закону четырнадцать процентов снимаем. Семь процентов, то есть двадцать восемь гелдов, это компенсация работодателю за миграционный залог. Мало, конечно, какие там двадцать восемь гелдов?.. Итого — сто шестьдесят четыре гелда в месяц, остается двести тридцать шесть гелдов. Дальше, три процента, двенадцать гелдов, это плата за ведение твоего дела министерством миграции. Пять процентов — взнос на временную нетрудоспособность, это еще двадцать гелдов. Итого — сто девяносто шесть гелдов, четыреста минус сто девяносто шесть — двести четыре гелда, вот их и подели на два. Сто два гелда, все правильно же? Сорок девять процентов и пятьдесят один остается.

Считал он, конечно, в уме здорово.

— В твоей брошюре и договоре все это есть, — напомнил Федро.

— А миграционный залог тогда зачем? — в отчаянии спросила я. — Меня и так обобрали!

— А это на случай, если ты сбежишь или работать не сможешь, всякое бывает…

Ну да, конечно, сбегу до ближайшего дракона, так сказать. В мой мир мне не вернуться, там строгий контроль за переходом, за границу не так просто прорваться, да и что я за пределами Еронии делать буду?

— Мне его потом вернут за вычетом тех самых семи процентов, — продолжал Федро, — потому что эти проценты — плата за то, что министерство миграции и министерство финансов обрабатывают информацию, которую я предоставляю…

— Жулики! — всхлипнула я. — Крохоборы!

Тут даже злиться не выйдет! На кого? На себя если только. Я ведь должна была это знать, тогда бы и дурой не выглядела. И все равно обидно до соплей. Это за год работы, если я ничего тратить не буду, я сколько заработаю? Тысячу двести гелдов? В переводе на наши деньги сколько — сто тысяч?..

Потом я подумала, что Нина получит намного меньше, чем я, и настроение у меня поднялось. Она ведь тоже о вычетах и налогах ничего не говорила. И вообще слишком рано я на себе крест поставила. К тому же еще пять-десять гелдов в неделю я могу заработать у Мего. Зато чистыми, без этих поборов.

Смогу себе вообще ни в чем не отказывать.

А день, когда я должна послужить на благо моей не-Родины и отработать наказание, тем временем наступил. И как назло, идти никуда не хотелось и вообще жаль было тратить выходной — работать за бесплатно на свои же налоги.