Читаем Полуночный охотник полностью

– Да, я слышал, как ты вчера пела песни своего народа, – усмехнулся тун. – Все птенцы, что еще не встали на крыло, собрались послушать тебя!

– Почему ты все время зовешь меня саами? Я из другого племени, хоть и родственного…

– Мы зовем так всех людей, – ответил тун. – Да и сами они себя так зовут. Ведь саами и значит – «люди». Так ответь мне, Чайка. Почему тебе нет покоя ни днем, ни ночью? Из-за потерянного сайво… или из-за той железной шапки?

Кайя кивнула. Анка помолчал.

– Позволь, расскажу тебе кое-что… Когда твой воробышек обнаружил, что мы следим за тобой?

– Э-э… – Кайя задумалась. – Да как раз перед тем, как я нашла тебя, висящего в коконе…

– Он заметил нас намного раньше, – сказал Анка. – Просто ты не слушала его. А зря… Ты плыла прямо в ловушку, Чайка. Хищный сейд заманивал тебя, вел прямо в свое логово. Он давно приметил твою ношу в том берестяном коробе. Да и ты ему сгодилась бы … Не надейся, что он так просто утопил бы тебя…

– Хищный сейд? – дрогнувшим голосом повторила Кайя. – Так тот злой колдун, что притворялся камнем…

– Или злой камень, который притворялся человеком. Здесь такие порой встречаются. Эту землю неспроста зовут краем Летучих Камней. Может, здесь и людей из-за этого почти нет… Впрочем, обычно сейдам нет дела до всяких там теплых, мягких однодневок… Они любят тишину и безмолвие необитаемых гор и долин, где ничего не меняется тысячелетиями… Порой, бывает, какой-нибудь беспокойный сейд обернется человеком и переселится на юг. Находит на них такая блажь – пожить среди людей. Иные и жену возьмут, и деток нарожают… А вот для других люди – еда.

Кайя поежилась. Потом подняла голову и взглянула на туна.

– Ты говоришь – люди. Но ведь ты попался в ловушку, расставленную не на человека!

– Так и есть, – помрачнел Анка. – И не я первый… Поначалу мы и понятия не имели, что в наших краях завелся хищный сейд. Сперва он сидел тихо в своем озере. Может, и охотился на людей, мы не знали, да нас это и не касалось…

– Откуда он сюда пришел? – подала голос Кайя. – Зачем?

Анка пожал плечами.

– Кто же знает? Может, он утратил страх, как многие подобные хищники, и саами начали на него охоту… Может, напал на кого-то себе не по зубам… А здесь у нас тихо, спокойно. На побережье, конечно, суета. То корабль разобьется, то изгнанники забредут…

– Так чего этот колдун хотел от меня… И от тебя?

– От тебя – не знаю, да и предполагать не хочу, – спокойно ответил тун. – А что касается меня или другого туна – изволь. Так-то ему все равно, кого ловить, – лишь бы крылатый…

– Крылатый? Ему нужны ваши крылья?

– Перья, – уточнил Анка. – Вырванные из живого. Колдун ждал, пока я ослабну. Когда ты нашла меня, я висел там, опутанный колдовской сетью, уже три дня…

Кайя охнула, а тун продолжал:

– Родичи, конечно, искали меня повсюду, но не видели, ослепленные его колдовством. Заклятие было сплетено против тунов, а не против людей. Саами с побережья в лес заходить опасаются – видно, знают, кто тут завелся… Мне повезло, что ты оказалась рядом и смогла увидеть меня…

– Как же он поймал тебя? – спросила девушка.

– Я увидел мою старшую сестру, – мрачно сказал тун. – Призрак пропавшей сестры, которую ищу уже несколько лет…

«Заманил на призрака?»

Кайя сразу вспомнила кости на одиноком валуне посреди озера и мертвую девочку в черном лесу. Да она и сама попалась в точно такую же ловушку!

– Тот сейд и меня подманил на призрака, – прошептала девушка. – Но ведь он же камень! Откуда он знает, на что подманивать людей?

– Охотник должен знать свою добычу. Чего люди боятся, что любят… Кому пойдут на помощь не раздумывая. Ради чего забудут даже о собственной жизни… Что ты там шепчешь, Чайка?

– Та девочка, – громче сказала Кайя. – На ней была одежда без обережных узоров. Я думала, это погребальная одежда. Но она сказала, что ее принесли в жертву. Я теперь поняла, кто…

«Она была из племени тех, проклятых, утративших богов и родину! Видно, бывший род Лахтака откупился ею от хищного сейда. Отдали, как самую слабую и бесполезную…»

Кайе вдруг вспомнился крылатый призрак в рогатой короне, что возник и пропал в устье лесной реки… Никакой это был не Каврай!

Кайя спрятала в ладони лицо, полыхнувшее от стыда.

«Я-то самоуверенно считала, что сам Отец шаманов ведет меня верным путем… О, как я была глупа! Ведь это хищный сейд заманивал меня к своему логову… Эх, обещала же себе стать осторожнее, едва вырвавшись от чакли… Может, и чакли напали на меня по его приказу!»

Лишь теперь Кайя осознала: с того мига, как волны принесли ее лодку к берегу Похъёлы, за ней – вернее, за ее великой короной – велась охота.