Читаем Полночная чума полностью

Но она его не услышала, потому зашлась в крике. Крик этот заполнил собой всю кухню, и несчастная женщина бросилась с кулаками на Адлера. Пфафф оказался проворнее. Он быстро схватил ее и заломил ей руки за спину. Она же продолжала кричать и вырываться, а тем временем толстяк убивал ее сына. Кирн бросился к Адлеру, пытаясь ему помешать, но тот огромной лапищей легко отбросил его от себя, продолжая второй давить ребенку на горло. На его жирной физиономии застыла брезгливая гримаса.

— Отпустите ребенка! — крикнул Кирн.

Увы, было слишком поздно. Глаза мальчика вылезли из орбит, лицо же осталось синим, как чернила, даже после того как Адлер убрал тарелку и швырнул ею в стену. На пол со звоном посыпались осколки. Мадам Пилон грузно осела на пол. Пфафф продолжал держать ее руки, а она продолжала кричать, и казалось, этому крику никогда не будет конца. Кирн закрыл глаза, как будто это могло спасти его от этих пронзительных звуков.

— Живо рассказывай про англичан! — рявкнул Адлер, обращаясь к женщине.

Кирн открыл глаза и увидел перед собой двух других эсэсовцев. На лицах обоих застыл ужас. Что касается его самого, то он тотчас же вычеркнул Адлера из числа потенциальных союзников. Эта туша будет пострашнее Волленштейна.

Адлер посмотрел на руку, которой он только что прижимал тарелку. Рука была в крови. Эту кровь он в первые секунды выдавил изо рта и носа мальчика. Адлер вытер руку о брюки и вытащил изо рта сигару, причем сам не заметил, как при этом коснулся окровавленной рукой губ.

— Вы идиот, — не выдержал Кирн. — Вам не было необходимости его убивать.

— Вы хотите сказать, что вам не нравятся мои методы? — спросил Адлер. Его голос был почти не слышен, его заглушали стенания несчастной женщины. Адлер стряхнул пепел прямо в огромную ладонь. — Вы бы не стали жаловаться, если бы знали…

И он улыбнулся, как ему самому казалось, хитрой улыбкой.

— Что именно?

— Уведите ее! — рявкнул Адлер подручным эсэсовцам. — Чтобы духу ее здесь не было.

Он посмотрел на Пфаффа. Похоже, на какой-то миг унтершарфюрер растерялся, однако затем выволок женщину из кухни и по коридору потащил вон из дома. Несчастная продолжала стенать, но теперь из ее горла вырывались короткие всхлипы. Двое эсэсовцев двинулись следом. Мертвый ребенок остался лежать на столе за спиной у Адлера.

— Мы должны найти англичан, — заявил тот. — Мне они нужны, чтобы доказать, что Волленштейн был неправ в своих действиях.

Адлер вернул в рот сигару, покатал ее языком и, поднеся к другому концу спичку, вновь раскурил.

Кирн не удостоил его ответом. Его взгляд был прикован к мертвому мальчику на столе.

Адлер выдохнул облако сизого дыма.

— Волленштейн планирует рассыпать по берегу свою заразу, когда к нам пожалуют гости из-за моря. Англичане и их прихвостни-союзнички.

Кирн заставил себя отвернуться от мертвого ребенка и посмотреть на мерзкого толстяка. Выпестованная Волленштейном зараза — это оружие, но чтобы применять его именно здесь?.. Погибнут все — и чужие, и свои. Не только англичане, американцы, но и честные солдаты вермахта, такие как гауптман Грау. Как Бёзе и Штекер, как Муффе, если они все еще живы. Все до последнего солдатики, что охраняют береговую линию.

— Я работаю на того, кто хочет не допустить распространения этой заразы, — заявил Адлер. — И если я найду англичан, это значит, что Волленштейну нельзя доверять. Он уже и так, как сами только что сказали, потерял своих евреев, — с этими словами Адлер выпустил в лицо собеседнику облако сигарного дыма.

— Если вы хотите знать мое мнение, — ответил Кирн, — то вы ничем не лучше его. Такой же самый безумец.

Толстая физиономия Адлера расплылась в ухмылке.

— Ну нет, не такой. Чуть меньший.

Чуть меньший? Кирн посмотрел на мертвого мальчика, затем на пятна крови на руке своего собеседника. Эти люди обожают сеять смерть. Но если раньше их оружием был свинец, то теперь они получили в свое распоряжение нечто более страшное. О боже!

— Если вы… заполучите чуму в свои руки, что вы будете делать? Зачем она вам? — спросил Кирн.

Адлер пожал плечами и языком перекатил сигару из одного края рта в другой.

— Ну, это решать не мне. Решения принимает тот, чьи приказы я выполняю.

— Интересно, какие еще секреты вы прячете? — спросил Кирн. Если Адлер — фигура еще более страшная, нежели Волленштейн, — а так оно, похоже, и есть, свидетельством тому мертвое тельце на столе, — то СД вынашивает куда более зловещие планы относительно применения этой заразы, нежели герр доктор.

Неожиданно за спиной у Кирна раздался стук, и он обернулся. Адлер тоже услышал это странный звук. Оба тотчас замерли на месте и прислушались.

— Что это было? — спросил Адлер, вынув сигару из толстых губ.

Кирн шагнул к двери, которую он еще не открывал.

— Ключа нет, — прошептала в темноте Аликс. — Я не могу ее запереть.

Бринк шагнул туда, где по идее должна была находиться дверь, и наткнулся на ее плечо.

— А где пистолет? — шепотом спросил он.

В ответ он услышал, как «веблей» щелкнул предохранителем.