Читаем Похищенная девушка полностью

– Ну, в последние пару дней она сильно скучала – дня три она развлекалась, занимаясь хозяйством, но потом ей надоело, а больше там делать нечего, – поэтому когда я обнаружил, что ее нет, то решил, что я ей наскучил и она нашла кого-то или что-то повеселее.

– Позже вы узнали, куда и почему она пропала?

– Да.

– Вы слышали показания, которые давала сегодня Бетти Кейн?

– Слышал.

– Показания, согласно которым ее насильно удерживали в доме близ Милфорда.

– Да.

– Это та самая девушка, которая ездила с вами в Копенгаген, провела там две недели, а затем жила в вашем загородном доме близ Борн-Энда?

– Да, это она.

– Вы в этом не сомневаетесь?

– Нет.

– Благодарю вас.

Когда Кевин сел, а Бернард Чэдвик остался на месте, ожидая вопросов Майлза Эллисона, в зале послышались напряженные вздохи. Роберт хотел бы знать, способно ли лицо Бетти Кейн выражать какие-либо чувства, кроме страха и торжества. Дважды он видел на этом лице ликование и один раз страх – в тот первый день, когда в гостиной к ней подошла старая миссис Шарп. Сейчас же ее вид был таким бесстрастным, словно речь шла не о ней, а о ценах на бирже. Роберт пришел к выводу, что этим впечатлением внутреннего покоя она обязана своей внешности. Это результат широко поставленных глаз, гладкого лба и невыразительного ротика, всегда немного по-детски надутого. Маска, много лет скрывавшая истинную суть Бетти Кейн даже от ее близких. Великолепный камуфляж. Фасад, прячась за которым она могла быть кем угодно. И сейчас она вновь надела эту маску, не менее невинную и спокойную, чем когда Роберт впервые увидел ее в гостиной «Франчайза» в этой ее школьной курточке. Но за маской наверняка бурлили невероятные страсти.

– Мистер Чэдвик, – сказал Майлз Эллисон, – ваши показания несколько запоздали, не так ли?

– Запоздали?

– Да. Это дело обсуждается и в прессе, и в обществе уже недели три. Если вы говорите правду, то вы должны были знать, что двум женщинам предъявлены ложные обвинения. Если, как вы говорите, Бетти Кейн провела это время с вами, а не в доме тех двух женщин, почему же вы сразу не заявили об этом в полицию?

– Потому что я ничего об этом не знал.

– О чем?

– О преследовании тех женщин. Или об истории, которую рассказала Бетти Кейн.

– Как это?

– Я снова ездил за границу по делам. Узнал об этом деле только пару дней назад.

– Понятно. Вы слышали показания девушки, а также показания врача по поводу того, в каком состоянии она прибыла домой. Вы можете как-нибудь это объяснить?

– Нет.

– Это не вы избили девушку?

– Нет.

– Вы говорите, что приехали однажды вечером, а ее не было.

– Да.

– Она собрала вещи и уехала?

– Да, так мне тогда показалось.

– То есть все ее вещи и багаж исчезли вместе с ней.

– Да.

– Однако домой она пришла без багажа, в одном платье и туфлях.

– Об этом я узнал намного позже.

– Хотите сказать, что, когда вы приехали в загородный дом, там было чисто и пусто, и вы не увидели ни намека на поспешный отъезд.

– Да, так и было.

Когда давать показания вызвали Мэри Фрэнсис Чэдвик, ее имя вызвало сенсацию еще до ее появления. Всем было ясно, что это жена, а такого не предвидели даже самые оптимистичные из стоявших в очереди снаружи.

Фрэнсис Чэдвик была высокой миловидной женщиной, естественной блондинкой с фигурой девушки, которая некогда работала манекенщицей. Теперь она слегка располнела, но, судя по добродушному выражению лица, ее это не удручало.

Она подтвердила, что состоит в браке с предыдущим свидетелем и проживает с ним в Илинге. Детей у них не было. Она по-прежнему иногда торговала одеждой. Не потому, что в этом была необходимость, а ради карманных денег и потому что ей это нравилось. Да, она помнила поездку мужа в Ларборо, а оттуда в Копенгаген. Он вернулся из Копенгагена на день позже, чем обещал, и провел с ней ночь. В течение следующей недели она начала подозревать, что муж завел интрижку на стороне. Подозрение подтвердила подруга, рассказав ей, что муж поселил гостью в загородном домике у реки.

– Вы обсудили это с мужем? – спросил Кевин.

– Нет. Это бессмысленно. Они на него летят как мухи.

– И как вы тогда поступили? Или намеревались поступить?

– Так же, как всегда поступаю с мухами.

– А именно?

– Бью их.

– И вы отправились в загородный дом в расчете прибить муху, которую нашли бы там.

– Именно.

– Что вы обнаружили в доме?

– Я поехала туда поздно вечером, надеясь застать там и Барни…

– Барни – это ваш муж.

– А кто же еще. В смысле, да, – поспешно поправилась она, перехватив взгляд судьи.

– А дальше?

– Дверь была не заперта, и я сразу пошла в гостиную. Из спальни послышался женский голос: «Это ты, Барни? Я так по тебе соскучилась». Захожу и вижу: она лежит на кровати в таком неглиже, какие женщины-вамп носили в кино лет десять назад. Выглядела она неряшливо, я даже удивилась вкусу Барни. Лежит, кушает шоколадные конфеты из огромной коробки прямо в кровати. Сцена прямиком из тридцатых.

– Пожалуйста, по существу, миссис Чэдвик.

– Да, прошу прощения. В общем, началось все как обычно…

– Как обычно?