Читаем Поиск Анны (СИ) полностью

— Знаешь, что пугает больше всего? — добавила Света. — То, что об этом никто не знает. Люди спокойно пьют свой кофе, а в ста метрах от них в лесопарке лежит труп девочки. Прямо сейчас кого-то насилуют, а чьего-то ребёнка сдают на органы.

— Уроды! — скрипнула зубами Смолина. — Всех бы передушила своими руками.

— В этом и проблема. Пока они продолжают разгуливать на свободе, никто не в безопасности. Ни ты, ни я. Ни Ленка.

Анна изучающе посмотрела на Свету. Ничего необычного не было в ее глазах — все то же искреннее сочувствие, желание поддержать, мягкость и теплота. Но никогда раньше Смолина не слышала подобных слов от своего бывшего координатора. В городе происходят десятки преступлений в год. Почему ее зацепило именно это?

Словно в ответ не ее немой вопрос, Света сказала:

— Убийцы детей самые страшные существа на свете. Их просто не должно существовать.

Анна была полностью согласна, но именно это ее и смущало. Странное чувство неестественности происходящего не покидало ее. Как будто Света говорила ровно то, что хотела слышать Смолина. Вот только зачем?

— Никогда не поверю, что тебе безразлична судьба детей! — вновь словно прочитав мысли Анны сказала Света. Как-то быстро сказала. Словно уговаривала Смолину.

— Ты как будто насильно хочешь втянуть меня в это дело! — заметила Анна.

— Ань, а кто, если не мы? Ты же была в милиции. Как они искали Ленку? А как они искали Аню Ларину? Если бы они нормально делали свою работу — нашей организации в принципе никогда бы не существовало!

— Из вашей организации я ушла три года назад, — заметила Анна.

— Да ладно, Ань. Я тебе обещаю: больше никаких трупов.

— Откуда такая уверенность?

— Ну пока за три года новых случаев не было.

— Может просто мы о них не знаем?

Света покачала головой.

— Мимо меня ни одна пропажа человека не проходит. Так или иначе — нужно понять, кто это сделал.

— Почему я?

— Ты один из лучших поисковиков, Ань.

— Это не ответ.

— Это вопрос, — Света смотрела прямо в глаза, и сейчас от мягкого психолога осталось одно воспоминание. Анна увидела, что Света может быть другой — жесткой и решительной. — Вопрос, который нам всем нужно решить. Но без тебя мы не справимся. Потому что в тебе есть то, чего нет в других.

— И что же это?

— Неравнодушие. Большинство предпочитают оставаться в стороне. Они бы и рады наказать зло, да только не своими руками. Потому что страшно и опасно, да и жопку с дивана поднять ого-го сколько усилий стоит! А с утра на работу, детей в школу вести, а еще в отпуск на морюшко надо съездить... когда же тут со злом бороться? Я насмотрелась на это за годы работы координатором. Но ты не такая. Тебе не все равно. И ты всегда идешь до конца.

Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза.

— Если это не сделаешь ты — не сделает никто, — повторила Света. — Машеньку просто забудут. Похоронят в памяти и сотрут следы. Убийца останется безнаказанным. И одному богу известно, сколько еще будет подобных жертв.

— А ты? А Резнов?

— Я координатор, — развела руками Света. — Я привыкла работать в штабе. Могу принимать звонки, отмечать зоны поиска, вести документацию...

— Понятно. Резнов?

— Резнов мужик незаменимый. Он пойдет за тобой и сделает все, чтобы тебя защитить. Но он не лидер. Сам он в такое не ввяжется.

Анна шумно выдохнула. Вот какого черта, спрашивается? Нахрена ей это лидерство? Хватает проблем и без этого острого чувства несправедливости! Так теперь еще тяни эту телегу с добровольцами, возжелавшими покарать зло, но не знающими как, и даже в какой стороне это зло искать.

Смолина закурила, выпустила густой дым в потолок, и подумала, что иначе она не может. Света, как всегда, оказалась права. Как бы ей самой ни хотелось — но она действительно всегда лезла туда, куда не просят. Восстановить справедливость, найти виновных, защитить уязвленных. И не было ни разу — ни разу! — чтобы она не получила за свою смелость по башке.

— Кстати, ты в курсе, — аккуратно начала Света, — что курение — это проявление сценария «не живи»?

— Что еще за бред? — поморщилась Анна и затянулась.

— Этот сценарий часто закладывается родителями, если ребенок нежеланный. Проявляется у всех по-разному — от селфхарма до заедания сладким. Сигареты, как и алкоголь — медленное самоубийство.

— Может и кофе туда еще запишешь? — огрызнулась Смолина. — Тогда жить вообще незачем будет!

За окном проревел Ленд Крузер Резнова.

— Ты только Резнову не вздумай говорить про эти сценарии, — Анна недовольно посмотрела на Свету. — Он родился с сигаретой в зубах.

Хлопнула дверь машины и через полминуты старый поисковик вошел в кафе.

— Хорошая компания собралась! Ну что, как в старые добрые? — подмигнул Резнов, подходя к столику.

— Давай без старого, — кисло ответила Смолина. — Ничего доброго там не было.

— Как знать... — Резнов грузно опустился на стул, жалобно скрипнувший под ним.

— Оценить это мы сможем только по прошествии времени, — добавила Света. — По крайней мере прошлое уже случилось, оно понятное, знакомое. А вот что ждет в будущем — большой вопрос.

— Кому понятное, а кому и нет, — буркнула Анна.