Читаем Поэты и убийцы полностью

— Глубокой ночью тут часто рыскают бродяги и старьевщики, ваша честь, и роются в этих отбросах. Я предупреждал господина Суна, что калитку непременно нужно запирать на ночь. А прошлым вечером он, видно, пошел прогуляться, а когда вернулся, забыл это сделать. И дверь в спальню тоже на засов не заложил, потому что, когда я нашел труп, она была приоткрыта. А калитка была притворена, но не заперта. Я вам покажу, как оно в точности было.

Он провел всех обратно в сад. Тяжелая деревянная перекладина была прислонена к стене возле калитки. Господин Мэн продолжил:

— Легко восстановить, что тут произошло, ваша честь. Какой-то негодяй шел по переулку и заметил, что калитка приоткрыта. Проскользнул в сад, а оттуда и в дом, решив, что его обитатель спит. Но Сун, который только собирался ложиться, его заметил. Когда негодяй понял, что Сун там совсем один, то убил его прямо на месте, а потом перерыл все в спальне и в библиотеке. Нашел шкатулку с деньгами, забрал оттуда всю наличность и сбежал тем же путем, которым пришел.

Судья Ло медленно кивнул.

— Господин Сун обычно держал у себя большие суммы денег?

— Этого, ваша честь, я вам сказать не могу. Он заплатил мне вперед за весь месяц постоя, но ведь должна же была у него быть какая-то сумма хотя бы на обратную дорогу в столицу. И, может, в сундуке у него имелись какие-нибудь ценные вещи.

— Мы этого мерзавца мигом изловим, ваша честь! — заметил начальник стражи. — Такие подлецы всегда начинают деньгами швыряться, когда им удается хорошенько поживиться. Прикажете моим людям проверить питейные заведения и игорные притоны, ваша честь?

— Да, это нужно непременно сделать. И велите им заодно аккуратно порасспрашивать ростовщиков. Тело положите во временный гроб и отвезите в судебный морг. И нужно оповестить ближайших родственников. — Судья Ло повернулся к чаеторговцу. — Полагаю, в этом городе у Суна были какие-то друзья или родственники?

— Судя по всему, нет, ваша честь. Никто не приходил ко мне в дом, чтобы о нем справиться, и, насколько мне известно, гостей господин Сун никогда не принимал. Он был серьезный, охочий до учебы молодой человек и жил очень уединенно. При нашей первой встрече я сказал ему, что всегда буду рад видеть его у себя за чашкой чая или поболтать с ним после ужина, но за прошедшие полмесяца он ни разу не воспользовался моим приглашением. Это меня несколько удивило, ваша честь, ведь он был воспитанным молодым человеком и беседу поддержать умел. Из простой вежливости по отношению к хозяину дома можно было ожидать, что он...

— Согласен с вами, господин Мэн. Я прикажу своему советнику написать письмо в столичный отдел образования, пусть известят семью Суна. Давайте вернемся в библиотеку.

Ло предложил судье Ди кресло у письменного стола. Сам он придвинул к стеллажу пуфик, снял с полок несколько книг и принялся их пролистывать.

— Ага! — воскликнул он. — Ваша покойная матушка обладала безупречным литературным вкусом, господин Мэн! Вижу, она читала и второстепенных поэтов. Во всяком случае, второстепенных с официальной точки зрения. — Он стрельнул в судью быстрым взглядом и с улыбкой добавил: — Мой друг судья Ди, будучи довольно консервативных взглядов, возможно, не согласится со мной, господин Мэн, но лично я нахожу этих так называемых второстепенных поэтов более самобытными, чем те, что получили официальное признание и занесены в имперский каталог. — Он поставил книги на место и снял с полки несколько других. Перелистывая их, он, не поднимая глаз, продолжил: — А откуда господин Сун узнал, что вы, господин Мэн, ходите сдать внаем свой домик на заднем дворе, коли в Цзиньхуа у него не было ни друзей, ни родни?

— Мне довелось посетить советника вашей чести господина Као, как раз когда Сун две недели назад пришел к нему зарегистрироваться. Господин Као знал, что после смерти матери я хотел бы сдавать эту часть дома, и любезно познакомил нас с господином Суном. Я пригласил студента к себе и показал ему домик и двор. Он остался очень доволен, сказал, что это именно такое тихое жилище, какое ему нужно. И добавил, что, если его исследования старых документов затянутся на более долгое время, чем предполагается, он хотел бы продлить аренду. Я и сам был рад, потому что в наши дни не так-то легко...

Тут чаеторговец прервался на полуслове, потому что Ло, похоже, совсем его не слушал. Он был поглощен чтением написанного на листке бумаги, который был вложен в лежащий у него на коленях томик. Потом судья Ло поднял взор.

— Комментарии вашей матушки весьма по существу, господин Мэн. И почерк у нее был превосходный!

— Она каждое утро занималась каллиграфией, ваша честь, даже когда глаза стали подводить. А поскольку мой покойный отец тоже интересовался поэзией, они частенько обсуждали...

— Замечательно! — воскликнул До. — Ваш дом может похвастаться изысканным литературным наследием, господин Мэн. Я уверен, вы и сами стали продолжателем этой благородной традиции?

Чаеторговец печально улыбнулся.