Читаем Побег от Гудини полностью

– Ты восхитительно жестокая женщина. – Его глаза горели от озорства. – Если после такой угрозы я еще больше увлечен тобой, что это говорит обо мне?

– Это значит, мой друг, что ты такой же мрачный безумец, как и я.

Мы пошли дальше и остановились посмотреть, как Себастьян, пластический акробат, изгибается непостижимым для моего искушенного в анатомии ума образом. Он кивнул в знак приветствия и пополз по палубе, словно паукообразное. Томас потащил меня прочь, и я громко засмеялась.

Мы подошли к преобразившемуся музыкальному салону, и мое сердце невольно забилось в два раза быстрее. Перед входом стояла вывеска с затейливым шрифтом, обещавшая раскрыть тайны прошлого, настоящего и будущего. И сделает это «Великолепный Андреас, мистик и предсказатель судьбы».

Он не включил в вывеску прозвище, связанное с картами таро, – Шут. Разумное решение, поскольку я сомневалась, что оно привлекло бы много клиентов. Я вспомнила другую встречу с человеком, утверждавшим, что видит будущее, и замерла, вынудив Томаса резко остановиться. Во время расследования по делу Джека-потрошителя мужчина по имени Роберт Джеймс Лиз предлагал помощь Скотленд-Ярду, заявляя, что напрямую общается с одной из жертв. Не желая упускать возможную зацепку, мы с Томасом посетили его жилище и приняли предложение разгадать тайны недавно убитых.

По спине пополз холодок – и вовсе не из-за змеившегося по открытым коридорам пронизывающего морского ветра. Мистер Лиз утверждал, что разговаривал с моей мамой, и я, хоть и не верила в подобную совершеннейшую чушь, нашла то, что искала, именно там, где указал дух мамы. Везение или чистое совпадение, но что-то в этом было. По крайней мере попробовать стоило. Возможно, я отыщу подсказку, которая поможет прекратить убийства.

На корабле, полном дьявольского разгула, надежда казалась самым ужасным грехом. Она тянула меня вперед, подначивая и дразня обещанием невозможного. Андреас артист, а не пророк. О том, кто убил тех женщин, он знает не больше, чем о том, как воскресить маму. Томас внимательно посмотрел на зачаровавшую меня вывеску, потом на мое лицо и грустно улыбнулся, вскрыв мои эмоции и вычислив их источник. В такие моменты я была благодарна за его поразительную способность понимать мое настроение.

– Хочешь, чтобы Великолепный Андреас прочитал твое будущее?

– Ты же не веришь в судьбу или удачу.

– Не верю. – Он усмехнулся при виде моего раздражения. Как можно быть в одну минуту совершенно очаровательным, а в следующую острым, как лезвие? Это ужасно бесило. – Встретимся здесь попозже.

Прикусив губу, я всматривалась в черно-белую полосатую ткань, закрывающую вход.

– Это вежливый способ сказать, что не присоединишься ко мне? А как же дядино требование повсюду меня сопровождать? Знаешь, держать на коротком поводке.

– Одри Роуз, я никогда не буду твоим сторожем. – Юмора как не бывало. Томас поднес мою руку к губам и прижался к ней, заставив мое сердце забиться быстрее по новой причине. – К тому же это благородный жест, чтобы не отвлекать ни тебя, ни Великолепного Андреаса моими собственными способностями предсказывать будущее. – Я закатила глаза, и он рассмеялся. – И еще я вижу на главной палубе киоск с сахарным печеньем.

– Ты бросаешь меня ради сладостей. – Я слегка покачала головой. – Действительно благородно.

– Любовь моя, не ревнуй к печенью. Его золотистая корочка и сливочный вкус не сравнятся с твоей восхитительной персоной. Почти. – Томас еще раз посмотрел на вывеску, его губы дрогнули в улыбке. – Хорошо… Давай заключим сделку, раз тут все на этом помешались. Я дам тебе пять минут, чтобы войти, и еще десять, чтобы Великолепный Андреас воззвал к призракам и уговорил их остаться поболтать за чаем. А потом вернусь.

– И в чем сделка?

– Да ни в чем. Просто проверял, слушаешь ли ты. – Я строго посмотрела на него, и он шутливо поднял руки. – Шутка. Знаешь… те фразы, которые у меня ужасно получаются, но я все равно тренируюсь? – Когда он наклонился, коснувшись губами моего уха, в охватившем меня желании не было ничего забавного. – Может быть, я принесу угощение и тебе.

Я мило улыбнулась.

– А я-то думала, что твое общество уже само по себе удовольствие.

И прежде чем он успел отпустить еще одну из своих острот, я раздвинула полосатую ткань и вошла в логово предсказателя.

Внутри под бесконечным на первый взгляд потолком висела хрустальная люстра. От нее расходились полотнища роскошного черно-белого шелка, закрепленные так, чтобы создавать впечатление огромного шатра. Серебристые свечи роняли воск на кованые канделябры, расставленные через равные промежутки по всему помещению.

Из тени вышел Андреас. Я резко вдохнула. Его маска цвета свежей крови напомнила череп, с которого только что сорвали кожу. Мгновение Андреас стоял неподвижно, позволяя рассмотреть себя. На нем был темно-синий фрак с вышитыми серебром созвездиями, черные брюки и перчатки.

Он низко поклонился. Его светлые волосы казались почти белыми.