Читаем Плутон полностью

Я снова пытаюсь вчитаться в текст на мониторе, но цифровые строчки расплываются перед глазами. Нет, только не Венера. Я отказываюсь в это верить. Только не она.

–Венера? – задаю я скорее риторический вопрос.

–Да, Венера – робот, – бесцеремонно говорит Лу́на то, о чем я боюсь даже подумать.

Так в один миг мой друг превращается в заклятого врага.

–И? – не понимаю я. – Чего ты хочешь от меня?

–Венера еще не знает, что она – робот, – отвечает Лу́на. – Тебе нужно провести тестирование. Хотя это даже не тестирование. Просто поговори с ней по душам.

По душам? – хочется закричать мне. Откуда у робота душа? О чем вообще говорить с куском пластмассы, который притворяется человеком?

–Венера должна понять, кто она есть на самом деле, – продолжает Лу́на.

Но зачем? – не унимаюсь я внутри себя.

–Самосознание – важная часть в развитии робототехники будущего. У новейших моделей есть сознание и подсознание – все по аналогии с природой человека. Как и человек, робот должен понять свою суть, в чем его особенность. И принять ее. Как свою уникальность, а не какай-то недостаток. И хорошо бы, чтобы это будущее уже наступило.

–Почему бы просто не сказать ей, кто она есть? – спрашиваю я.

Логично же.

–Плутон, ты – робот! – вдруг выпаливает Лу́на, наклонившись ко мне настолько близко, что я ощущаю пряный аромат ее парфюма. – Что ты на это скажешь?

–Что за бред ты несешь, – произношу я как можно спокойнее. – Вот что я скажу.

–Видишь? Никто не вправе говорить человеку, какой он есть и каким должен стать. Каждый человек решает это для себя сам. Только ты сам знаешь, что для тебя лучше всего. Остальное – лишь информационный шум.

Да, но робот – не человек, – думаю я.

–Все роботы воспринимают себя как человека, – продолжает Лу́на. – Они выглядят как люди, окружающие обращаются с ними как с людьми. Естественно, роботы думают, что они и есть люди. И мы не имеем права указывать им, кто они на самом деле. Они сами должны увидеть в себе себя.

–Это бред, – снова повторяю я.

Пауза.

–Ты можешь отказаться от задания, если так хочешь, – говорит Лу́на и отворачивает от меня ноутбук.

–Правда?

–Правда. Ты же человек, у тебя есть право выбора, свобода воли и все такое.

Я чувствую сейчас будет «но».

–Но тогда ты не полетишь на Плутон, – говорит Лу́на и делает паузу. – Никогда.

–Это ультиматум?

–Ни в коем случае.

Пауза.

–Это профнепригодность. Хочешь ты этого или нет, но экспериментальный полет на Плутон без роботов не обойдется. И если ты на Земле не можешь принять того, кто рядом с тобой, таким какой он есть, то что будет в Космосе? Нам не нужны конфликты в команде. Прости, ничего личного.

Пауза.

–Хотя немного обидно. Я считала тебя идеальной кандидатурой для первого полета человека на Плутон.

Лу́на нажимает на кнопку связи с секретарем и говорит:

–Нужно назначить собеседование с пилотом из списка ожидания для экспериментальной команды. Кто у нас следу…

Я убираю ее руку с кнопки и не даю закончить. Смотрю прямо в глаза и делаю вид, что думаю. Но я не думаю. Все уже решено. На что ты готов ради мечты? Я готов на все. Даже отыскать чертову душу внутри механического робота.

–Хорошо, – говорю, – я согласен.

–Вот и отлично, – говорит Лу́на.

Только сейчас она вырывает свою руку из моей.

–Что мне нужно делать? – спрашиваю я.

–Ничего особенного. Просто поговори с ней. Очень, очень деликатно. Роботы ранимые.

Роботы ранимые? – хочу я прокричать на всю Вселенную. Кусок пластмассы ранимый? Но оставляю эту мысль при себе.

–Задавай вопросы, – продолжает Лу́на. – Все ответы скрыты внутри нас самих, – пауза. – Но чтобы их найти, нужно услышать вопрос, – пауза. – Отвечая на вопрос, робот или человек рассказывает историю, – пауза. – Но не тому, кто задал вопрос, – пауза. – Он рассказывает ее, в первую очередь, себе.

–Что будет, если Венера так и не осознает, кто она есть? – спрашиваю я.

–Робот, который не может понять и признать кто он есть, подлежит отключению от системы.

–То есть вы ее уничтожите?

–Да.

Лу́на произносит это настолько равнодушно и холодно, что мне становится не по себе.

–Это дефект программы, – говорит она и разводит руками.

О, божечки. К такому Космическая академия меня не готовила. Роботы, у которых есть осознание самих себя! Что еще они умеют? Только не говорите, что мечтать!

***

—Я мечтаю организовывать туристические поездки на Плутон, – говорит Венера.

На этих словах я медленно поворачиваю голову в ее сторону. Не вижу себя со стороны, но уверен, что сейчас мои глаза готовы вылететь со своей орбиты.

Мы (наша экспериментальная команда, а не мы вдвоем) сидим в аудитории космической станции «Плутон-1» и ждем командира, то есть Лу́ну. Венера – в полуметре от меня, а может и того меньше. Она пьет горячий кофе из бумажного стаканчика и говорит о своей мечте. А мне становится противно при одном только взгляде на нее. Да, Венера красивая. Но я-то знаю, что это всего лишь пластмасса. Ну, или из чего сейчас делают роботов. В общем, она ненастоящая. Хотя еще вчера была для меня самым близким человеком.