Читаем Первый человек полностью

Евы не было дома – куда-то ушла. Войдя, де Пальма поставил свои вещи у двери, бросился в ванную и долго стоял под душем, надеясь, что вода приведет его в форму. Примерно в двенадцать дня Ева вернулась с багетом под мышкой.

– Как себя чувствует сыщик-путешественник?

Де Пальма обнял ее и ответил:

– Как человек, который возвратился из психушки. Голова полна вопросов, а на сердце словно тяжелый камень.

– Надеюсь, тяжесть на сердце чуть меньше, чем при отъезде?

– Как раз наоборот. Мне кажется, я еду в маленькой повозке по призрачной дороге и не знаю, что меня ждет за следующим поворотом.

Он надел джинсы и чистую рубашку, провел щеткой по ботинкам и вышел на балкон выкурить первую задень «Житану». В последнее время он замечал, что курит все меньше, но не слишком старался найти этому объяснение.

– Я должна придумать, чем ты станешь заниматься на пенсии, – сказала Ева.

– Я хотел купить себе яхту, но я же перестал ходить на курсы по вождению судов, и мне не дадут судовой билет.

– Начни учиться снова!

– Это нелегко. Я уже старик и не хочу возвращаться в школу.

– Тогда давай купим дом в деревне, – предложила Ева, закрывая холодильник.

– Почему бы и нет? Где именно покупать, я пока не знаю, но об этом стоит подумать.

Разговор перешел на дочь Евы, но ум де Пальмы был слишком занят, и он плохо слушал свою спутницу жизни. Ева заметила его невнимание и рассердилась. Де Пальма извинился и ушел в маленькую комнату, которая служила ему кабинетом.

Книга «Преступный человек» ждала его в чемодане. Де Пальма предусмотрительно положил ее в пластмассовый пакет. Отнести ее в лабораторию научно-технического отдела? – подумал он, но анализы могут занять несколько дней и не дать ничего интересного. Барон вынул книгу из защитной оболочки и открыл ее концом бумажного обрезка. Под обложкой – ни надписи, ни посвящения. Издание 1902 года – несомненно, первый перевод на французский язык. Много лет назад де Пальма прочитал эту книгу – просто из любопытства.

Ломброзо был человеком другого века. В то время много говорили об антропологии преступности. Этим какое-то время занимался Дарвин. А также Морель [63] . Повсюду говорили об атавизме и френологии.

Ломброзо, итальянский врач, обследовал 5907 живых нарушителей закона и 383 черепа преступников. Он обнаружил, что у некоторых убийц особенно сильно развита затылочная ямка черепа. Позже он описал пять типов преступников – прирожденный преступник, душевнобольной, преступник по страсти, случайный преступник и привычный преступник. Ломброзо признал, что в трех последних случаях играют роль общественные условия, но о первых двух случаях, гораздо более опасных, он твердо заявил: это атавизм.

Де Пальма листал страницы одну за другой, следя за тем, чтобы не оставить следов на бумаге. Книга не помогла ему узнать ничего нового об Отране. Ни одного подчеркнутого параграфа, ни одной закладки на месте, которое нужно прочесть. И тут в его уме стал возникать мостик, который можно было перебросить к этой книге. Де Пальма открыл старый шкаф, где хранил все тетради с записями, которыми пользовался за годы работы в розыске. Среди них он легко нашел ту, в которой сделал несколько комментариев по поводу «Преступного человека» в то время, когда читал эту книгу.

О своих впечатлениях от прочитанного он написал очень мало. Несколько слов были выделены красным цветом:

Эти два автора были полной противоположностью Ломброзо. Они утверждали, что при изучении преступности определяющими являются социальные факторы. Барон отметил в уме, что среди исследований на эту тему были невероятно смешные и нелепые сочинения, но были и серьезные научные работы.

В шестидесятых годах исследователи пытались доказать, что одним из элементов того, что они называли благоприятной биологической почвой для преступлений, была аномалия формы черепа. В хромосомах, двадцать три пары которых содержит клетка, могли возникнуть нарушения, схожие с теми, которые приводят к болезни Дауна. Многие английские, американские и французские биологи работали в охраняемых отделениях психиатрических больниц. Они заметили, что среди опасных преступников люди с этим ненормальным типом черепа встречаются гораздо чаще, чем среди остальной части общества. Среди преступников таких было один или два на сто человек, среди остальных всего один или два на тысячу.

Среди тех, кто окружал Отрана, единственным человеком, который мог интересоваться такими исследованиями, был доктор Кайоль.

– Сегодня днем мне придется уйти по делу, – сказал де Пальма Еве.

– Куда?

– В больницу имени Эдуарда Тулуза.

– Будешь искать новый призрак?