39

«Археонавт» поднялся на гребень волны и обогнул остров Маир.

Полина Бертон улыбнулась де Пальме, который внимательно рассматривал гребни волн, которые накатывали на правый борт судна. «Археонавт» сильно качался под их ударами и то и дело зачерпывал воду.

– Чертов шквал! – крикнул с мостика рулевой. – Когда нас загородит мыс Моржиу, будет легче.

– Главная проблема – как мы будем возвращаться! Как бы тогда не стало еще хуже! – ответила Полина.

– Вряд ли: по прогнозу, она не изменится до вечера. Потом ветер усилится. Значит, забираем угли и сразу возвращаемся: я не хочу мокнуть.

Порывы сырого ветра проносились над мостиком «Археонавта». Спасаясь от них, Полина и де Пальма спустились в кубрик. На центральном столе Полина расставила двенадцать пластмассовых коробок, в которые собиралась положить последние находки из пещеры Ле-Гуэн, в основном угли.

– Мы положим в эти коробки то, что нашли вчера, а потом запрем пещеру.

– Сегодня?

– Сегодня или в понедельник. Может быть, придется ждать, пока море успокоится.

Водяные брызги ударили в стекло. Де Пальма взглянул в иллюминатор на серое с белыми пятнами море. Он любил ненастные дни, когда стихии бушуют и бурлящий воздух пахнет солью.

– Спасибо, что взяли меня с собой в это маленькое путешествие, – поблагодарил он Полину.

– Надеюсь, что оно вам понравилось.

– Однако на самом деле я здесь не для прогулки.

Сказав это, майор выложил на стол несколько фотографий.

– Вы ничего не замечаете? – Он указал рукой на одну из них.

Полина наклонилась ниже.

– Это та «китайская тень», о которой я вам говорил. Она похожа на фигуру человека.

– Снимок был сделан в пещере?

– Разумеется, это последние фотографии из аппарата Реми Фортена.

– Это я знаю.

– Но в какой части пещеры они сделаны?

– Дайте подумать. Это важно?

– Крайне важно, – заявил Барон.

Полина вспомнила о Палестро, который предположил, что эти снимки не из пещеры Ле-Гуэн, быстро достала из ящика стола лупу и внимательно изучила с ее помощью снимок.

– Я плохо понимаю, что вы хотите, чтобы я нашла.

Де Пальма протянул ей другие фотографии пещеры – только общие виды.

– Сравните, пожалуйста!

Барон дал Полине время сосредоточить внимание на снимках. От качки его начало мутить, и он вышел на палубу, надеясь, что свежий воздух прогонит тошноту. Впереди виднелись очертания мыса Моржиу. «Археонавт» сделал поворот. Когда он падал в провал между водяными горами, волна толкнула его.

– Кажется, я нашла ответ! – крикнула с мостика Полина.

Де Пальма вернулся в кубрик.

– Фотография – подделка. Она сделана не в пещере Ле-Гуэн. Другие сталагмиты, другие натеки. И не видно негативных отпечатков ладони. Я совершенно уверена в своих словах.

– Это не пещера Ле-Гуэн или это не тот зал пещеры?

Полина удивленно посмотрела на де Пальму:

– Не пойму, что вы имеет в виду.

– Этот снимок входит в серию фотографий, снятых последовательно. Те кадры, которые находятся в памяти аппарата перед ним и после него, сняты в пещере Ле-Гуэн, в этом мы вполне уверены. Но насчет снимков, где видны «китайская тень» и статуэтка «Человека с оленьей головой», такой уверенности нет.

– Я не понимаю, к чему вы клоните, – покачала головой Полина.

– Нужно опуститься на дно этой бездны, – сказал де Пальма. – Многое из того, что мы ищем, находится там.

Полина ничего не ответила и положила лупу обратно в ящик.

– Фортен погружался в эту бездну в выходные, которые были накануне его смерти.

– Почему вы утверждаете это?

– Несчастный случай из-за декомпрессии, от которого погиб Фортен, можно объяснить только одной причиной – тем, что он слишком часто погружался под воду и проводил слишком много времени на глубине. Когда он расстался с вами в пятницу, в его теле уже блуждали пузырьки газа. Эти смертоносные пузырьки попали в его кровь потому, что он все выходные погружался в эту бездну и, возможно, делал слишком короткие остановки при подъеме. А потом, даже если он что-то заметил, его организм не выдержал.

Де Пальма сделал паузу и сосредоточился. Разговор продолжался на посту управления, где стрелки стеклоочистителей со скрежетом скользили по иллюминаторам.

– В субботу Фортен спустился под воду, – продолжал де Пальма. – Должно быть, он в первый раз исследовал эту бездну. Возможно, он переночевал в первом зале, а потом снова опустился вниз и продолжил двигаться вперед. Я готов биться с вами об заклад, что он нашел второй зал.

Полина смотрела перед собой словно в пустоту.

– Вы, несомненно, правы, – прошептала она наконец. – Все это меня пугает.

– Я понимаю вас. Фотография с «китайской тенью» – из этого второго зала. Фортену едва хватило времени сделать ее. При свете вспышки он заметил что-то. Увидел какую-то чудовищную фигуру и понял, что находится в большой опасности.

– А «Человек с оленьей головой»?

Де Пальма глубоко вздохнул:

– Фортен только что нашел статуэтку, и тут его кто-то потревожил. Он решил бежать и повернул обратно, чтобы вернуться тем путем, которым пришел.

Полицейский опустил указательный палец на фотографию статуэтки.

– Мы никогда не узнаем правду. Но я не нахожу другого объяснения.