– Конкорд может помочь на завтрашней церемонии, – снова заладила она. – Думаю, теперь, когда вы знаете Исидора, вы согласитесь с этим. Тем более при вашей наблюдательности.

– Это прекрасная идея, – подтвердил он.

Понтифик осушил кубок, поставил его на стол и сказал:

– Я прямо сейчас отправлю записку в Западный Оффиций с просьбой оставить Конкорд здесь. Корона заплатит нужную сумма и вернет вам аванс, госпожа Дезидерия. Разумеется, мы будем максимально осторожны и осмотрительны. Вы знаете, некоторым сенаторам и дипломатам не нравится помощь благословленных.

Фисбе не понравился такой поворот событий. Что произойдет с Конкорд завтра, когда Понтифик поймет, что она была лишь частью плана по похищению Исидора? Станет ли он мстить ей? Или всему Оффицию?

Дезидерию, казалось, нимало не смущала мысль оставить девушку в качестве заложницы.

– Прекрасно, – ответила она.

– Я велю приготовить для вас покои, – обратился Понтифик к девушке. – Вы будете нашей почетной гостьей.

Он подвел ее к выходу, положив руку на спину.

– Б-благодарю, Понтифик, – покраснев, ответила она.

Фисба нахмурилась и уже была готова взорваться, когда суровый взгляд Пирама остановил ее. Безусловно, он понимал ее беспокойство, но у них были приказы, которые следовало выполнять.

Уже у двери Мельхиор остановил Фисбу шедшую позади:

– Я заметил, что вы внимательно рассматривали мои песочные часы, девушка.

– Почему они текут снизу вверх? – осмелилась спросить Фисба вопреки предупреждениям Дезидерии.

– Тонкое замечание, – приветливо улыбнулся он. – Часы наполнены Светлой Пылью, и песок в них следует за направлением частиц. Когда Пыль поднимается вверх, она предвещает бурю, как, например, завтра. Прекрасное дополнение к необыкновенной свадьбе. Люцернарий, дождь из Пыли… Чего еще желать? Свет улыбается нашей принцессе!

Понтифик буквально светился от радости. Эти новости совсем не обрадовали Фисбу. Сестра Агнесса всегда велела им вести себя осторожнее во время бурь Светлой Пыли. Они не впечатляли так, как это делали настоящие ураганы, когда стихия выходила из-под контроля. Порой их даже не было видно. Такие бури становились заметны лишь по золотистому блеску в воздухе. Однако именно эти бури приносили больше всего беспорядка в мир смертных, поскольку в такие дни благословленные становились более чувствительными. Дар ускользал из-под их контроля и становилось трудно скрывать его… в дни бурь он становился сильнее, чем когда-либо еще.

31

Полевые цветы

Эвандер никак не ожидал, что по пути Исидор засыплет его вопросами:

– Значит, у вас тоже нет родителей?

Юноша и в самом деле не знал стеснения и не умел вовремя остановиться. Эта тема казался ему вполне обыденной. Эвандер покраснел.

– Есть ощущение, что это общая черта всех героев интересных историй! Сироты, все такое…

– Ваши родители мертвы? – продолжал Исидор.

– Я не знаю, – отвечал Эвандер.

– Как можно не знать такого?

– Я не знал своих родителей. Меня бросили в день моего рождения.

– Понятно. Значит, вам не довелось называть кого-либо отцом или матерью.

– Я предпочел бы называть их мамой и папой. Но такого действительно не случилось.

Их разговор заставлял Эвандера чувствовать себя крайне неловко, уж слишком личные темы интересовали Исидора. Самым парадоксальным образом он позволял Эвандеру подавить панику которая в любой момент могла накатить на него во время миссии. Сопровождая Исидора, скрывавшего лицо под капюшоном, он изо всех сил старался выглядеть как настоящий стражник. Когда они достигли подножия винтовой лестницы, вокруг начали появляться люди. Костюм Исидора позволял принять его за члена Культа, но им по-прежнему стоило соблюдать осторожность.

– Андреа ваш друг?

– Да, совершенно верно, – ответил Эвандер.

– Вы давно знакомы?

– Целых десять лет. Мы выросли вместе в Оффиции.

– Ясно… У меня был кролик. Мой единственный друг. Его звали Линус. Однажды… – продолжал Исидор.

– Прошу прощения. Мне не хотелось бы перебивать вас, но в самом деле, давайте постараемся издавать как можно меньше шума. Я и так напряжен до предела. Обещаю, что отвечу на все ваши вопросы, когда мы выберемся отсюда.

– На все? Даете слово?

– Может, и не на все. Во имя Света, молю… замолчите! – попросил Эвандер.

Исидор послушал Эвандера и последовал за ним, не сказав ни слова. Они пошли по длинным коридорам, обогнули стены, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. В наступившей тишине Эвандер стал гораздо больше обращать внимание на детали, на взгляды, которые иногда задерживались на них. К счастью, никого особенно не интересовали ни Соратник Культа, ни сопровождавший его новобранец. Дворец вокруг них бурлил – мимо следовали группы людей, раздавался громкий смех дипломатов. Толпа помогала им слиться с окружающим хаосом.

Наконец, Эвандеру стало неловко, и он возобновил разговор:

– И что вы думаете о своем пребывании во дворце?

Исидор не ответил, погрузившись в мысли. Эвандер повторил вопрос:

– Пусть вы и привыкли к роскоши, здесь все равно другой мир! А принцесса, какая она? Хорошенькая?

Исидор снова ответил ему молчанием.