Читаем Пасть полностью

Без следа исчезла женщина неопределённых лет, запакованная в стерильно-безликий деловой костюм, собирающая волосы в учительский узел на затылке и прикрывающая глаза учительскими же очками (то, что очки без диоптрий, намётанный глаз Граева определил давно).

Теперь перед ним стояла красавица — на вид двадцати семи лет, никак не больше, с распущенными ниже плеч прекрасными волосами и доказавшая, что идеально умеет пользоваться безумно дорогой косметикой. То, что на ней было надето, наверняка называлось в каталогах домашним платьем — но, чёрт побери, бесформенные домашние халаты и капоры никак не приходились этому ни бастардами, ни самыми дальними родственниками…

Граев вспомнил, что надо вообще-то снова вдохнуть. И (проклятый профессионализм!) подумал, что напрасно, поддавшись наведённому обману внешности, не прокрутил версию о возможном воздыхателе Кати, ответственном за всю кошмарную круговерть. Но тут же забыл об этом, потому что она пошла к нему от дверей. Боже, как она шла! Похоже, скованность и скуповатую сухость движений Катя, придя домой, отложила вместе с ненужными учительскими очками…

Он сглотнул, помотал головой и спросил на полном серьёзе:

— Катя! Скажи, зачем ты так старательно скрываешь красоту на работе?

Она поняла по тону, что комплимента тут нет и Граева на самом деле это интересует; прошла, поцокивая каблучками, мимо него, сверкнула зелёными глазами и ответила:

— Сотрудники. Менеджеры. Молодые, хваткие… Не хочу, чтобы кто-нибудь задумал стать владельцем «Ориона» через это… — Она коснулась дивана, ажурно-выгнутые ножки его напоминали Граеву стулья Гамбса, которые потрошил великий комбинатор со своим незадачливым компаньоном. Использовать такую мебель в низменных целях Граев считал кощунством…

— Были попытки? — Он постарался, чтобы прозвучало это достаточно непринуждённо, но сам внутренне напрягся: кто? когда? до? или после?

— А-а-а… Ерунда. Комплексы щенячьей самоуверенности…

Она неопределённо замолчала, и Граев не стал ничего спрашивать. Но постановил для себя гораздо шире и глубже проработать всё окружение Кати. По большом счёту, предполагаемая акция могла иметь целью своего воздействия и жену Колыванова. Вариант маловероятный, но всё же более жизненный, чем бред с погибшим от серебра последователем Гришки Распутина…

Катя присела на тот самый диванчик и сделала ему приглашающий жест:

— Присаживайся. Поговорим. Он осторожно опустился рядом.

— Я предлагаю отложить дальнейшее расследование, — начала она без предисловий. — Михаил мёртв, теперь время не имеет такого значения. В милиции и прокуратуре в один голос говорят, что убийство заказное и показательное. А такие почти никогда не раскрываются… Исполнители уже далеко; тратить время и деньги, чтобы разыскать этих пешек… и рисковать жизнью… Нет, не стоит. Заказчики, если их вообще можно вычислить, — где-то здесь, рядом. И никуда за месяц-другой не денутся. Предлагаю: поезжай в Швейцарию, вылечи наконец свою руку. В таких делах промедление опасно… А когда вернёшься — доделаешь, что сможешь. Двумя руками. Но…

Граев мог много чего сказать по поводу прокуратуры и её заключений, но не стал, решив дослушать до конца.

— Но с деньгами проблемы… Сейчас в «Орионе» дела обстоят хуже, чем пару месяцев назад, когда я тебя приглашала… Тогда обещанная сумма казалось вполне реальной, и к осени намечалось сезонное оживление… Но фирма только поглощает деньги, и я ничего не могу с этим поделать… Наверное, действительно взялась не за своё дело.

Граев молчал. Или он разучился разбираться в людях, или Катя никак не должна была вести разговор к заявлению, что рассчитаться с ним не сможет.

— «Орион» придётся продать… — Голос её дрогнул, Кате было больно признаться в своём поражении. — Раньше это было невозможно, у меня была доверенность на ведение дел, составленная Михаилом на случай каких-либо неожиданностей, — но некоторых действий она не допускала. Теперь я могу официально вступить в права наследства… На ликвидацию дела нужно какое-то время… и скорее недели, чем дни. Но теперь, когда решение принято, я могу распродать кое-что из оргтехники, складские остатки… А ты, Павел, заканчивай дела и готовься к отъезду. Через неделю всё будет готово.

Она помолчала и добавила с горечью:

— А какая была фирма при Михаиле… До сих пор не пойму, зачем он скачал со счёта деньги… Какой-то проект, до конца не выполненный? Теперь и не узнаешь… Но «Орион» так от той потери и не оправился… Ну, как тебе мой план?