Читаем Panzerjager Tiger (P) «Ferdinand» полностью

Тяжёлый танк «объект 701» (будущий ИС-4), требования на который разработали в ноябре 1943 г., также создавался именно в противовес «Фердинанду». Ускорение работ по 122-мм танковой пушке Д-25 также принято связывать с творением Фердинанда Порше, хотя, справедливости ради отметим, эту пушку начали разрабатывать еще раньше[59].

Советским бронетанковым войскам вообще и танкам ИС в частности ещё не раз доведётся потягаться с «Фердинандами» уже в ходе отступления гитлеровцев к границе СССР и за его пределами. Но тогда, в августе 1943 г., оба понёсших серьёзные потери батальона истребителей танков были выведены в тыл с фронта, оставшегося за Красной армией.

Вывод 656-го полка тяжёлых истребителей танков в тыл во второй половине августа сопровождался рядом курьёзов. Закреплённые в документах, они, с одной стороны, демонстрируют, насколько высшее немецкое командование и лично Гитлер дорожило «Фердинандами». Но при этом даже он подчас не знал, как ими следует распорядиться.

«Фердинанд» № 511 5-й роты 654-го батальона тяжёлых истребителей танков во время транспортировки для передачи в состав 653-го батальона. На железнодорожной платформе SSyms также размещены запасные траки.

13 августа Гудериан записал:

Две недели спустя решение сменилось на прямо противоположное: оставшиеся в строю «Фердинанды» в количестве 50 машин и 19 самоходок понёсшего большие потери 654-го батальона передали в 653-й.

Его личный состав отправили в Орлеан для переучивания на новые типы истребителей танков «Ягдпантера». Ремонтные роты двух батальонов «Фердинандов» также были объединены. Оберлейтенант 654-го батальона Вольфганг Ремер, военный чиновник Рудольф Шафранек разделили ответственность за ведение работ. Следует подчеркнуть, что тот же Гудериан предлагал не отправлять «Фердинанды» на Восточный фронт,

Событиям осени 1943 г. было суждено испытать его правоту.

Унтер-офицер 653-го батальона Хорст Тайс, описывая следование до места назначения, вспоминал:

«…Отступление началось: от Ямской, через Stovo-Kolodes[63] и Mal-Gat[64] в Орел. К 30 июля 1943 проехали Карачев и были в Брянске. Нам не удавалось выспаться короткими ночами в течение последних нескольких недель. Нечего было даже думать о передвижениях до наступления темноты. Топливо (накачано вручную из бочек, от 600 до 700 литров на машину), боеприпасы и продовольствие, как правило, перевозились по ночам, а светать начинало уже в 4 часа.

1 августа я подхватил желтуху и был госпитализирован вследствие истощения. Наш медик оберфельдфебель, Шурванц, мог лишь кормить меня „бисквитами с чаем“, так что я сбежал из санитарного взвода и дорого поплатился за это.