Читаем Panzerjager Tiger (P) «Ferdinand» полностью

Орудие машины прекрасно. Любому вражескому танку хватает одного-двух попаданий, даже КВ-2 и „американцам“ со скошенной броней. Однако фугасные снаряды зачастую вызывают длительные задержки в стрельбе, так как гильзы заедает в пушке — что порой очень некстати. Одно из орудий наших машин получило прямое попадание, второе разорвало, и третье — взорвалось, не выдержав давления. Мы заменили их стволами с уничтоженных машин, как и многие другие поврежденные части — нам удалось вытащить с поля боя все сломавшиеся машины. Также, по моему предложению, мы прикрыли защитные решетки дополнительными крышками, так как русские стреляют по нам снарядами с фосфорными зарядами и сбрасывают такие же бомбы с самолетов.

„Фердинанды“ показали себя с наилучшей стороны. Зачастую они вносили решающий вклад в бой, и я хотел бы отметить, что без машин этого класса противостоять крупным группам вражеских танков было бы непросто. Одних штурмовых орудий для этого недостаточно. Электрическая трансмиссия показала себя с наилучшей стороны, приятно удивив как водителей, так и экипаж. Поломок непосредственно двигателей и электрических подсистем было очень немного. Однако для машины такой массы двигатель все же слаб, а гусеницы — излишне узки. Если машина будет переделана в соответствии с фронтовым опытом, это будет замечательно!

Неопознанный „Фердинанд“, уничтоженный авиабомбой. В отличие от фотоснимка, приведённого ранее, на этом крышка уцелевшего ящика для инструментов открыта.

Один из „Фердинандов“ по ошибке получил от PzKpfwIV попадание в рубку. Командира „Фердинанда“ разорвало надвое. Второму противотанковая пушка попала прямо в ведущее колесо. Еще один получил попадание от Т-34 с 400 метров (он был окружен семью Т-34). Снаряд пробил броню, не нанеся другого урона. Один из Фердинандов, занимавший во время ночного боя передовую позицию, в ближнем бою был поврежден и ослеплен, в итоге заехав в кювет. В подобных случаях нам бы очень пригодился курсовой пулемёт. Боковые люки слишком малы, да и через них толком не прицелишься.

Большой ошибкой с нашей стороны является то, что вместо того, чтобы приложить дополнительные усилия по уничтожению или захвату подбитых и брошенных вражеских танков и орудий, мы просто оставляем их на поле боя. К примеру, если оставить на нейтральной полосе 45 вражеских танков, двадцати из них утром там уже не будет. За ночь русские успеют вытащить их полугусеничными машинами. Подбитые нами летом и оставленные на поле танки уже зимой вновь оказались в руках русских. Через несколько недель минимум полсотни из них вновь обретут боеготовность — и мы еще будем гадать, откуда русские берут столько танков. Мы дорого платим за это — потом и кровью. Вспоминается, как во время нашей первой операции мы оставили нетронутыми все подбитые русские танки, так же, как и артиллерийские орудия и с противотанковыми пушками — многие из них неповрежденные и с боезапасом. Отрытые траншеи и укрепления также остались целыми. Когда фронт пришлось откатить назад, все это вновь перешло в руки русских.

То же самое было и здесь. Американские танки остались там, где их подбили. Стоило бы рассматривать их в качестве материалов, столь нужных для создания нового оружия. Это позволит нам получить большое количество качественного металлолома (притом что металл у нашей промышленности зачастую в дефиците) для производства нового оружия. Так наша промышленность сможет получить многие тысячи тонн так необходимых ей ресурсов, и вместе с тем мы лишим противника шансов быстро восполнить свои потери путем ремонта или разборки на запчасти. Знаю, у нас уже есть пункты сбора металлолома, но этот процесс можно интенсифицировать. Зачастую железнодорожные составы долго стоят пустыми на станциях, когда в это же время их можно было бы привлечь для перевозки материалов.

„Фердинанды“ на фото весьма сложно идентифицировать, однако первый из них, скорее всего, загорелся, не доехав до передовой, — на это указывает стоящий позади второй самоходки автомобиль.

Я слышал, нам удалось эвакуировать с поля боя все неисправные „Фердинанды“. Но они прибыли слишком поздно, и их было слишком мало. Нам бы их вдесятеро больше, тогда бы они действительно внесли существенный вклад. Надеюсь, их новая модификация вскоре будет готова к производству. Что же касается меня, то я в порядке, и надеюсь, что и герр генерал вновь в полном здравии.

Хайль Гитлер!

/подпись/ Унтер-офицер Бом»[47].

«Фердинанды» действительно не были изначально оснащены противопехотным оружием. Сам Гудериан не церемонился с выражениями в своих мемуарах: