— Я не думал, что они атакуют сегодня вечером, — сказал Дарлин, затем поглядев на небо. — Ну или этим утром. Доклады разведчиков так беспорядочны, что я чувствую себя так, словно меня кинули в курятник, полный сошедших с ума цыплят, и приказали поймать того из них, у которого единственное черное перо.

— Эти доклады, — спросила Авиенда, — упоминают ли они Айильских мужчин, сражающихся на стороне Тени? Возможно направляющих?

Дарлин резко обернулся.

— Это правда?

— Да.

— И троллоки давят со всей силы, что они имеют, пытаясь ворваться в долину. — сказал Дарлин. — Если те айильские Повелители Ужаса начнут атаковать наши войска, у нас не будет шанса выстоять без вас, кто сможет их сдержать.

— Мы выдвигаемся, — сказала Авиенда. — Пошлите Эмис и Кадсуане создать врата. Кроме того, должна предостеречь вас. Я поймала Повелителя Ужаса снующим вокруг вашей палатки.

Дарлин посерел.

— Как Итуралде… Свет, они не коснулись меня. Я клянусь в этом. Я…

Он поднял руку к соей голове, — Кому мы будем верить, если мы не можем верить нашим собственным умам?

— Мы должны сделать этот танец копий простым насколько возможно. — сказала Авиенда. — Иди к Руарку и собери вождей. Спланируйте как вы встретитесь лицом к лицу с Тенью, не позволяйте контролировать битву одному человеку — привяжите их к местности, не давайте позволения их изменить.

— Это может привести к бедствию, — сказал Дарлин. — Если у нас будет гибкости…

— Что должно быть изменено? — мрачно спросила Авиенда. — Мы Держимся. Изо всех сил мы держимся. Мы не откатываемся назад. Мы не пытаемся сделать что-то умное. Мы просто держимся.

Дарлин кивнул.

— Я пошлю через Врата Дев на склоны. Они смогут уничтожить тех Tроллоков, что подстреливают наших парней. Вы возьмете на себя их направляющих?

— Да.

Авиенда вернулась к своему кругу, затем начала плести через них. Чем больше силы ты удерживаешь, тем труднее отрезать от Единой Силы. Она намеревалась удерживать столько силы, сколько необходимо, чтобы никто не мог ее отрезать от источника.

Беспомощность. Она ненавидела чувствовать себя беспомощной. Она позволила злости на то, что было сделано поднять гнев внутри себя и повела свой круг на ближайшего направляющего мужчину, которого Флинн сумел распознать.

Глава 34. Скольжение

Ранд стоял в месте которого не было.

В месте, что находилось вне времени, вне самого Узора.

А вокруг него раскинулось бесконечное ничто. Голодное и прожорливое, жаждущее поглотить. Ранд увоочию видел Узор. Тысячи и тысячи переплетающихся полос света; они, неровные и мерцающие, кружились над ним, вокруг него, сплетаясь друг с другом. Так, по крайней мере, воспринимало это его сознание.

Все, что уже когда-то было, все, что еще может случиться, все, что могло бы быть…все простиралось тут, пред ним.

Ранд не мог этого постичь. Тьма вокруг засасывала, тащила его к ней. Он дотянулся до Узора и как-то закрепил себя в нем, чтобы не быть поглощенным.

Это изменило его сосредоточение. Это закрыло его, немного, на время. Узор колебался перед ним, и Ранд наблдал как он переплетается. Это был не на самом деле Узор, он знал, просто его разум видел его таким образом. Знакомо, как это было описано, нити жизни сплетаются воедино.

Ранд закрепил себя в реальности снова и двинулся вместе с этим. Время снова стало нормальным, и он перестал видеть прошлое и будущее. Он все еще мог видеть все места, как человек вращающий глобус.

Ранд предстал перед небытиём.

— Так, — сказал он в него. — Вот где это произойдёт на самом деле. Моридин пытался убедить меня, что простой бой на мечах мог бы всё это решить.

ОН — ЧАСТЬ МЕНЯ. НО ОН НЕ ВИДИТ ВСЕГО.

— Да, — сказал Ранд. — Я тоже это заметил.

МАЛЕНЬКИЕ ВЕЩИ МОГУТ БЫТЬ ЭФФЕКТИВНЫМИ. САМЫЙ ТОНКИЙ КИНЖАЛ МОЖЕТ ОСТАНОВИТЬ СЕРДЦЕ. ОН ПРИВЕЛ ТЕБЯ СЮДА, ПРОТИВНИК.

Ничего этого не было в последний раз, когда Ранд носил имя Льюис Терин. Он мог только истолковать это как хороший знак.

Теперь битва началась по-настоящему. Он смотрел в ничто и чувствовал, что оно вскипает. Затем, внезапным ураганом, Темный обрушил все свои силы против Ранда.

Перрин откинулся на ствол дерева, задыхаясь от боли. Стрела Губителя, пронзив плечо Перрина, торчала своим наконечником из спины. Перрин не решался вытащить ее, не с…

Он вздрогнул. Мысли приходили бессвязно. Где он находился? Он переместился от Губителя так далеко, как только смог, но… он не узнавал это место. Крона деревьев с богатой листвой имела непонятную форму, такую он прежде еще не встречал. Шторм был и здесь, однако намного слабее.

Перрин соскользнул и с ворчанием ударился о землю. Его плечо охватила боль. Он перевернулся, уставившись в небо. Падая, он сломал стрелу.

Это…это волчьи сны. Я могу просто заставить стрелу исчезнуть.

Он попытался собрать силы, чтобы сделать это, но был слишком слаб. Он почувствовал, что сознание куда-то ускользает, и послал мысль в пространство, выискивая волков.

Двуногий, который мог говорить? Что это? Что ты?