— Слишком много загадок, для которых нет причин. Даже если артефакт у них, он лишен энергии, а зарядить его сможем только мы и никто более. Для этого используется сложный энергетический узор, построенный на основе того, что излучают экзекуторы. А экзекуторы есть только у нас.

Иоган встал:

— Вероятно, ты прав, и все это надумано мною. А может, и нет. Просто уже две наши операции прошли со странностями, которые никто объяснить так и не смог.

Он направился к выходу. Потом остановился и добавил:

— Да, и вот еще что. Изучив принцип работы пропавшего артефакта, теоретически можно создать защиту от его действия.

— Тогда проследи за этим, — был ему ответ Святого отца. — Нам проигрывать никак нельзя. И берегись Айвара, я чувствую, он затаил недоброе в своем сердце.

Глава 31

Перед глазами стояла сплошная непроницаемая белая пелена. Даже непонятно было, что это — наваждение, состояние организма, магия, или что-то случилось с глазами? Не было ни какого-нибудь движения, ни изменения, которое могло бы дать хоть какую-то информацию. Впрочем, как и во всем организме целиком. Чернояр определенно не знал, существуют ли конкретные части его тела, может ли даже он вообще говорить. Он даже не мог понять, способен ли адекватно мыслить.

Была лишь одна боль. Но какая! Никогда прежде колдун не испытывал ничего подобного. Вообще, занятия магией, сами по себе, смиряли с болью, и маг имел к ней весьма малую чувствительность. Особенно это касалось весьма жестокой Темной школы. Однажды в детстве Чернояру выжгли с помощью магии глаза, за то что он случайно стал свидетелем преступления. Тогда он три года прожил во тьме, прежде чем его случайно не нашли маги из Тийской академии. Именно они вернули ему способность видеть, но это было очень больно, на протяжении нескольких недель. Конечно, имелся способ все сделать и куда безболезненнее и быстрее, но кто станет тратиться на никому не известного послушника? Тем более, считалось, что колдун должен изначально привыкать к боли. Потребовалось много времени, прежде чем Чернояр смог перебороть те жуткие воспоминания. Забыть ту адскую боль.

За свою жизнь он еще не раз испытывал это чувство, но ничто не шло ни в какое сравнение с тем, что с ним творилось сейчас. Организм человека был устроен так, что мог блокировать болезненные ощущения, чтобы спасти себя, хотя бы разум. В крайнем случае, человек мог просто потерять сознание от боли. Но сейчас его лишили возможности даже отключиться или провалиться в сон, похожий на беспамятство. И так уже третьи сутки подряд. С тех самых пор, как он попал в Чистилище.

Чернояр очень смутно помнил все, что происходило с тех пор, как произошел бой в Приемной палате Черного герцога. Он просто потерял сознание, сражаясь до последнего. Единственное, о чем он очень сожалел, так это о том, что не взял с собой кольцо телепортации, захваченное у убитого им элементалиста. Что-то в этом кольце было подозрительное, а носить при себе такую вещь, которая неизвестно что могла выкинуть, он, конечно же, не мог. Бывали случаи, когда в такие артефакты закладывали магические ловушки, которые в самый неожиданный момент убивали своего хозяина, если это оказывался не тот, на кого они настраивались изначально. Увы, времени чтобы заняться проверкой столь ценного артефакта, у него тогда попросту не было, и он оставил его на хранение в укромном месте, прежде чем отправиться к герцогу. А ведь это кольцо вполне могло его спасти, как спасло элементалиста во время боя в склепе. Но — увы! — такова ирония судьбы. Видимо, его жизненный путь окончен. Впрочем, во время того боя в Приемной палате дворца Тахо последней мыслью было лишь удовлетворение от вида сдохших врагов.

Колдун думал, что умер. Ему даже пришлось приложить усилия, чтобы понять — он все еще жив. Его накачали какими-то наркотиками, поэтому он пребывал в полубредовом состоянии. Но огромный ум, данный ему от рождения, все же справился с ситуацией, сумел отличить мнимое от реального и прийти к выводу — он жив.

Чернояр не мог знать, сколько времени прошло после того, как потерял сознание, но спустя несколько часов, как он пришел в себя, его доставили в Чистилище. Кто-то его поприветствовал фразой: — «Добро пожаловать в Чистилище, колдун». И этот голос не сулил ничего хорошего. А потом пришла эта боль. Чернояр мало что знал об этом страшном месте, ибо еще никто и никогда отсюда не возвращался. Это была тюрьма Святой Инквизиции, в которую доставляли всех тех, кого она считала преступниками, и кого не убивали сразу же, на месте. Что происходило здесь, оставалось неизвестно, правда, слухов ходило очень много. Но теперь Чернояр точно знал ответ на этот вопрос — здесь ждала боль.