Мы больше не умеем очертить границы. Оул Йоргенсон из Сан-Хосе, чей рассказ о злоупотреблении словом «хулиган» мы приводили выше, считает, что родители ходят на школьные мероприятия, чтобы полюбоваться развитием своих детей, но им сложно отойти в сторону, даже когда это было бы полезно. Например, ученики Оула ездят в походы с ночевкой в Йосемит, на остров Санта-Каталина и в Вашингтон, и родители все чаще организуют параллельные поездки. Они останавливаются в гостиницах рядом с местами, которые посещают дети, но не в качестве сопровождающих лиц, а чтобы быть рядом «на всякий пожарный». Это не столько мешает Оулу, сколько вредно для развития детей. «Они посылают ребенку предподросткового возраста сигнал, что тот не готов к независимости, которая так ему нужна». Вы можете с недоверием покачать головой, но, будучи деканом, я наблюдала схожие ситуации: родители приходили на ритуалы посвящения, которые служат важнейшей цели — ввести студента в сообщество колледжа.

Возьмите, например, ежегодный стэнфордский Band Run поздно вечером в первый день вводного курса. Музыканты знаменитого университетского оркестра, как крысоловы из сказки, бегают по кампусу и ищут первокурсников в общежитиях. В результате все новички плюс многие старшие студенты, потные и запыхавшиеся, собираются во внутреннем дворе и там учатся быстро занимать свое место во время боевой университетской песни All Right Now. Сбоку стоят гольф-мобили на случай травмы, и в последние годы я вижу там родителей, которые, пытаясь остаться незамеченными, прислонившись к фонарным столбам и деревьям, наблюдают и стараются поспеть за весельем.

В Вест-Пойнте тоже есть свои ритуалы и традиции, которые вводят кадета в «длинную серую шеренгу» — так называют себя выпускники академии. Полковник Стаффорд говорит, что за почти 30 лет с момента, когда он сам встал в строй, изменилось многое, например, марш-бросок на 32 километра до Вест-Пойнта — венец базовой тренировки, проходящей каждое лето. «Это тяжелое испытание, — признается полковник. — Курсанты несут рюкзаки весом 40 с лишним килограммов. Но когда они наконец добираются до Вест-Пойнта, каждый может гордиться собой — он победил. Сегодня бывает, что родители заявляют: “Я пойду на марш-бросок с Джонни или Сьюзи. Я тоже хочу это испытать”»[81].

Полковник вздыхает. У него самого есть дети. Он знает, как изменился мир. Он уважает родителей. «Я могу понять любовь, привязанность, желание поддержать. Но они, сами того не желая, лишают человека достижений, вкуса самостоятельности». Я знаю, что он прав. Я чувствую это сердцем, вижу у себя дома, наблюдала в кампусе.

Ради чего мы стремимся быть рядом в поездках в Йосемит, Band Run и долгих марш-бросках в Вест-Пойнте? Просто на случай какого-то маловероятного происшествия? Или мы пытаемся еще раз прожить свое детство? Или мы настолько преданы детям, что собственная жизнь кажется нам тусклой, скучной, безрадостной, если нельзя смотреть на них, болеть, помогать и безумно любить? Может быть, наблюдение за их мероприятиями и развитием придает нашей жизни величайший смысл?

В 2013 году писатель Майкл Герсон признавался в этом неразрывном клубке причин в статье в Washington Post, которую он написал накануне отъезда сына в колледж. «Новые начинания меняют сына. Теперь его жизнь пойдет всерьез. Перед ним прекрасное будущее, и моя роль станет естественным образом уменьшаться. А у меня самого будущее лучше не станет, потому что его не будет рядом»[82].

Когда читаешь статью Герсона, нельзя не почувствовать отцовские муки. Но нет ли в его исповеди оттенка похвальбы своей родительской преданностью? Не становится ли заискивание перед ребенком, помещение его в центр нашей вселенной мерой нашей любви? А если да, не выставляем ли мы любовь и потребность напоказ? Обязаны ли мы скрывать эту отчаянную потребность от детей?

Поездка в Йосемитский парк в шестом классе, стэнфордский Band Run и марш-бросок в Вест-Пойнте целиком предназначены для учащихся. Родителям нет нужды быть с ними. Разве будет этот опыт подлинным, если мама с папой держат тебя за руку? Может быть, стоит подавить в себе желание поучаствовать во всех этих мероприятиях во имя радости, которую принесет рассказ о приключении или право оставить впечатления при себе? Сумеем ли мы воспитать тесную связь с ребенком без необходимости все время его сопровождать?

4. Гонка при поступлении в колледж

* * *