Читаем Остров Бога полностью

К счастью это не относиться к тем, кто был «обращён» в годы мокрого, писклявого и практически грудного детства, совсем не соображая, зачем  это дядьки в юбках топят его  в  лохани,   и нежное что-то, медвежьими голосами поют. Сие даже зафиксировано в законе о «возвращении», определяющем, кто имеет право репатриироваться на Остров, и доверительно сообщающем  тем, кто оставил свою природную веру в дееспособном возрасте, что им полагается не островная прописка, а примитивный шиш! Вот почему печаль моя распространяется только на тех, кто сознательно, из слабости, или неведения, примкнул к тем, о ком так точно высказался  Николай Александрович Бердяев: «Христиане, или называвшие себя христианами, в течение долгой истории своими делами распинали Христа, распинали и своим антисемитизмом, распинали своей ненавистью и своими насилиями, своими услугами сильным мира сего, своими изменами и своим искажением Христовой истины во имя своих интересов».                                                                                                                         Новые христиане не понимают, что всё сказанное Христом, что на холмах Галилейских, что в Иерусалиме, предназначалось только для евреев.   Выкрещивались  сотни талантливых литераторов, музыкантов, артистов, в разное время и по разным причинам, но, любимый довод, не менялся никогда – «человек пишущий по-русски, сроднившийся с русской культурой, обязан быть православным»! Однако собственное еврейство не помешало быть великими в чужих землях   Кафке,   Селенджеру,  Фейхтвангеру, братьям Цвейг,   Моравиа,  Коллинз и паре тысяч  других, писавших вне России. Может быть виноват не человек, а адрес? Хотелось бы, надеяться, что это обстоятельство,  станет для вас, мешумадим, облегчением  в последние дни.                                                                                                                                                               Что касается вполне ожидаемых при таком развитии сюжета прений с антисемитами разных школ и «антисионистами» как называют себя левые дегенераты, то этого не будет. Я думаю, что Николай Александрович  Бердяев  в представлении не нуждается, хотя как знать, как знать… Написать, что-нибудь ярче и талантливее его, просто физически невозможно. Я  тут, процитирую  слегка любимого Гиганта, для затравки, а ответ, почему антисемитизм дерьмо, любой верующий православный человек без труда найдёт в его большой работе  «ХРИСТИАНСТВО  И АНТИСЕМИТИЗМ. Религиозная судьба еврейства».                                                                                                                                       «Есть только один способ борьбы против того, что евреи играют большую роль в науке и философии: делайте сами великие открытия ». Бердяев велик, слов нет, но и он всё равно сетовал, на неприятия евреями «нового света». Я же никого «нового света»  не вижу, а вижу полыхание букв: «Истинно говорю, что до тех пор, пока существуют небо и земля, ни одна даже самая  малая буква не исчезнет из закона, пока не исполнится все.   Ибо говорю вам, если не превзойдете вы законников и фарисеев в исполнении того, что требует Бог, то не войдете вы в Царство Небесное". Это, между прочим, Христос сказал, христиане, а   Матфей только повторил. Но и Бердяев и  Соловьёв, и другие гении и мудрецы не помогут в лечении антисемитов, а врачи их лечить не хотят, им лень. Врачи сетуют, что сие неизлечимо, как  труп недельной свежести и пахнет,  похоже. В общем, почти всем это совершенно неинтересно, потому, что   нет простора для дискуссий - антисемитизм, он как  любовь, а без неё нельзя,  существование лишается смысла. Но подобное лечится подобным и поэтому самое подходящее средство от личного антисемитизма - экзорцизм, как и в случае   битвы с тяжёлой формой синдрома Турета*.

* синдрома Турета -   чаще всего проявляется в выкрикивании нецензурных слов или социально неуместных и оскорбительных высказываниях.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Последний рассвет
Последний рассвет

На лестничной клетке московской многоэтажки двумя ножевыми ударами убита Евгения Панкрашина, жена богатого бизнесмена. Со слов ее близких, у потерпевшей при себе было дорогое ювелирное украшение – ожерелье-нагрудник. Однако его на месте преступления обнаружено не было. На первый взгляд все просто – убийство с целью ограбления. Но чем больше информации о личности убитой удается собрать оперативникам – Антону Сташису и Роману Дзюбе, – тем более загадочным и странным становится это дело. А тут еще смерть близкого им человека, продолжившая череду необъяснимых убийств…

Александра Маринина , Виль Фролович Андреев , Екатерина Константиновна Гликен , Бенедикт Роум , Алексей Шарыпов

Детективы / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Прочие Детективы / Современная проза
Медвежатник
Медвежатник

Алая роза и записка с пожеланием удачного сыска — вот и все, что извлекают из очередного взломанного сейфа московские сыщики. Медвежатник дерзок, изобретателен и неуловим. Генерал Аристов — сам сыщик от бога — пустил по его следу своих лучших агентов. Но взломщик легко уходит из хитроумных ловушек и продолжает «щелкать» сейфы как орешки. Наконец удача улабнулась сыщикам: арестована и помещена в тюрьму возлюбленная и сообщница медвежатника. Генерал понимает, что в конце концов тюрьма — это огромный сейф. Вот здесь и будут ждать взломщика его люди.

Евгений Евгеньевич Сухов , Елена Михайловна Шевченко , Николай Николаевич Шпанов , Евгений Николаевич Кукаркин , Мария Станиславовна Пастухова , Евгений Сухов

Боевик / Детективы / Классический детектив / Криминальный детектив / История / Приключения / Боевики
Дикое поле
Дикое поле

Первая половина XVII века, Россия. Наконец-то минули долгие годы страшного лихолетья — нашествия иноземцев, царствование Лжедмитрия, междоусобицы, мор, голод, непосильные войны, — но по-прежнему неспокойно на рубежах государства. На западе снова поднимают голову поляки, с юга подпирают коварные турки, не дают покоя татарские набеги. Самые светлые и дальновидные российские головы понимают: не только мощью войска, не одной лишь доблестью ратников можно противостоять врагу — но и хитростью тайных осведомителей, ловкостью разведчиков, отчаянной смелостью лазутчиков, которым суждено стать глазами и ушами Державы. Автор историко-приключенческого романа «Дикое поле» в увлекательной, захватывающей, романтичной манере излагает собственную версию истории зарождения и становления российской разведки, ее напряженного, острого, а порой и смертельно опасного противоборства с гораздо более опытной и коварной шпионской организацией католического Рима.

Василий Владимирович Веденеев , Василий Веденеев

Приключения / Исторические приключения / Проза / Историческая проза