«Эти головы были отобраны для заповедника. Специалисты осматривают их и отбирают те, которые находятся в наилучшем физическом состоянии. Охотникам нужна добыча, которая бросает им вызов, они хотят гоняться за головами, сидячие мишени их не интересуют.»

«Так вот почему большинство из них – самцы», - говорит более высокий мужчина.

«Верно, самки обычно покорны. Они пробовали с оплодотворенными самками, и результат получился совсем другой, потому что они стали злобными. Время от времени мы получаем запросы на них».

«А как насчет тех, что с черными крестами?» - спрашивает тот, что пониже ростом.

«Они для лаборатории».

Мужчина пытается спросить его о чем-то еще, но тот продолжает идти. Он не собирается ничего рассказывать о том месте, о лаборатории Вальки. Даже если бы он захотел, то не смог бы этого сделать.

Сотрудники, осматривающие груз, приветствуют его из клеток. «Завтра только что прибывшие головы переведут в синие клетки, а оттуда они пойдут прямо на убой», - говорит он просителям, пока они спускаются вниз и идут в боксерскую.

Мужчина поменьше замедляет шаг, чтобы посмотреть на головы в синих клетках, и предлагает ему подойти. Мужчина спрашивает, будут ли головы забиты в этот день. «Да», - говорит он, и мужчина молча смотрит на них.

По пути в сектор боксов они проходят мимо специальных клеток красного цвета. Клетки большие, и в каждой из них находится одна голова. Прежде чем заявители успевают спросить, он говорит им, что это мясо экспортного качества, что эти головы – чистое мясо первого поколения. «Это самое дорогое мясо на рынке, потому что на выращивание голов уходит много лет», - говорит он. Затем ему приходится объяснять, что все остальное мясо генетически модифицировано, чтобы продукт рос быстрее и приносил прибыль.

«Но тогда является ли мясо, которое мы едим, полностью искусственным? Это синтетическое мясо?» - спрашивает более высокий претендент.

«Ну, нет. Я бы не сказал, что оно искусственное или синтетическое. Я бы сказал – модифицированное. По вкусу оно не сильно отличается от мяса FGP, хотя FGP – это высший сорт, для изысканных вкусов». Двое мужчин стоят в тишине, глядя на клетки, в которых находятся головы с буквами FGP по всему телу. По одному набору инициалов на каждый год роста.

Он замечает, что более высокий претендент выглядит немного бледным. Вряд ли он сможет выдержать то, что будет дальше, думает он, его, скорее всего, вырвет или он упадет в обморок. Он спрашивает мужчину, все ли с ним в порядке.

«Да, я в порядке. Я в порядке», - отвечает мужчина.

То же самое происходит каждый раз с более слабым претендентом. Мужчине нужны деньги, но денег не хватает.

Он так устал, что это может убить его, но он продолжает идти.

11

Они входят в сектор бокса, но останавливаются в комнате отдыха, где есть большое окно, выходящее в комнату десенсибилизации. Там так бело, что их ослепило.

Он заставляет их подождать там, и мужчина пониже ростом спрашивает, почему они не могут войти внутрь. Мужчина повыше садится. Он отвечает, что туда может войти только уполномоченный персонал в соответствующей форме, что принимаются все необходимые меры, чтобы мясо не было заражено.

Серхио, один из оглушителей, машет ему рукой, а затем входит в зал. Он одет в белое, на нем черные ботинки, маска для лица, пластиковый фартук, шлем и перчатки. Серхио обнимает его. «Техо, где ты был, приятель?»

«На мясной работе, общался с клиентами и поставщиками. Позволь мне тебя представить».

Он иногда выпивает пиво с Серхио. Он считает его настоящим парнем, который не ухмыляется над ним за то, что он правая рука босса, который не пытается получить от него что-то, который без проблем говорит ему то, что думает. Когда ребенок умер, Серхио не смотрел на него с жалостью и не говорил: «Лео теперь маленький ангел». Он не молчал рядом с ним, не зная, что делать, не избегал его и не относился к нему по-другому. Серхио обнимал его, водил в бар, напоил его и не переставал рассказывать ему анекдоты, пока они оба не смеялись так сильно, что плакали. Боль все еще была, но он знал, что в Серхио у него есть друг. Однажды он спросил его, почему он работает оглушителем. Серхио ответил, что это либо головы, либо его семья. Это было единственное, что он умел делать, и за это хорошо платили. Всякий раз, когда он чувствовал угрызения совести, он думал о своих детях и о том, как эта работа позволила ему дать им лучшую жизнь. Он сказал, что, хотя запрет на оригинальное мясо не устранил перенаселение, бедность и голод, он помог бороться с ними. Он сказал, что в этой жизни у всего есть цель, а цель мяса – быть зарезанным, а затем съеденным. Он сказал, что благодаря его работе люди сыты, и это то, чем он гордится. Серхио продолжал говорить, но он не мог больше слушать.