Читаем Осень на Луне полностью

Путь к ИСТИНЕ преграждает Космическая Иллюзия…

Но!Все же,Немного ЛЖИ должно быть в Мирозданье!Чтоб «Я» могло существовать в своем самосознанье.Наверно это ЛОЖЬ, сражаясь с ЭНТРОПИЕЙ,И породила – множество суждений,Таких оригинальных, разных ваших – наших мнений…Поэтому так много в самосознании своемНаставников, учителей, вождей великих!..Должна быть глупость, тупость самомненья,Чтоб ТВАРЬ могла противиться ТВОРЕНЬЮ.

Вот оно как! Поэтому и надо пить вино непременно кувшинами, чтобы хоть как-то противостоять винному морю, чтобы на Луне мог жить пьяный Заяц с длинными-длинными ушами…

Первая истина Будды должна быть понята, чтобы было на что опереться, и – думать дальше: СТРАДАНЬЕ ЕСТЬ!

Оно основа и предпосылка понимания, но не оно ведет нас вперед, само страдание бессмысленно, весь СМЫСЛ только в ПОНИМАНИИ, в ОСОЗНАНИИ…

Тогда и начинается ПОСТИЖЕНИЕ ИСТИНЫ – стремительный полет…

Давайте думать дальше! Только вперед! – ВВЕРХ!


Осень на Луне продолжается…

Железный Заяц…

Мой автопортрет

Беги Заяц, беги!

Автопортрет с числом «ПИ»


Собаки! Собачьи бега – догнать вожделенного зайца, догнать и вонзить ненасытные зубы в горячую гонную плоть, растерзать…

Бедный Заяц! – Бедные собаки, если догонят, а ведь бывало и не раз на бегах собачьих, – Заяц то, оказывается, – железный…

Дразнить собак и обламывать им зубы – такая уж судьба у Железного Зайца.


Он с Луны свалился, в переносном смысле, конечно, и, как вам ни покажется странным, в прямом смысле тоже, – так взял и прямо с Луны и свалился…

У него все болело, и он не знал – выживет ли на этот раз, но лежа здесь на солнышке, на берегу водохранилища, в самом начале лета, здесь на Земле…

Когда солнце играет в каждой волне, в каждой песчинке в его руке – солнце желтое, солнце зеленое танцует в шумящей листве, а в небе бескрайнем синем и голубом настоящее наше Солнце, живое, земное…

И вот, глядя на Солнышко, повторяя любимую мантру – «разум Солнца божественен», уподобившись ящерице, отращивающей хвост… – он, как ни странно, выздоравливал.


Понемногу помаленьку…

А потом появилась та, преуспевающая в астрологии, тетка, которая, опираясь на весьма авторитетные источники, доказала ему, что он по воле звезд – Железный Заяц.

Не иначе как, поэтому и жив еще! —

Подумал он и согласился…

– Если так хотят звезды, если они на этом настаивают, то! – хотя и не Мудрый Змей, не Острие Бревна, и не Зеленая Обезьяна, но, – …и он стал вспоминать, как его называли, по воле звезд, в других мирах и в прошлых воплощениях…


Ох уж, эти звезды, ох уж, эта карма! Дадут они тебе, по своей воли, по своему усмотрению или присмотру, – форму, определенную жесткую, с именем и фамилией… И будет в этой форме замурована свободная воля твоей души, твоя воля к жизни, к счастью и любви.

А твоему божественному сознанию дадут содержание соответствующие месту и времени твоего проживания…

Вот и будешь каким-нибудь Зайцем среди голодных собак, попробуй тогда, изменить свое запрограммированное сознание, вырваться за приделы предписанной тебе судьбы!

Но Железный Заяц – это уже не плохо, т. к. не сразу съедят, может быть будет время придумать что-то, запредельное этому известному безысходному существованию, освобождающее и разум и душу.

О, чистый благородный Разум, о, свободная и вольная бессмертная Душа! Где вы? – совсем что ли забыли вас люди, став тараканами в «тараканьих бегах» или собаками в бегах собачьих…

Беги Заяц, беги, пока еще помнишь о высшей цели, пока не забыл, что смысл есть. Беги, пока не померк твой разум, беги ради спасения своей животрепещущей души, беги ради Бога!


И Железный Заяц, – бежать ему, конечно, было невмочь, – заковылял дальше, вперед. Только вперед! – прочь от собачьих и тараканьих устремлений, все туда же, – не зная куда, искать то – не зная что. Но, зная точно, что это НЕВЕДОМОЕ – есть, по необходимости существует. И помня, что главное в поиске всего неведомого – это открытость навстречу всему прекрасному и чудесному, что сейчас здесь и немедленно наполнит тоскующую душу.

Открытость Солнцу, открытость цветам и листьям, каждой букашке, вороне, собаке… – высшую сущность в них открывает…

Но вот открытость встречному человеку почему-то в нем, обычно и привычно в последнее время, открывает злую борзую собаку – хищную сущность, которая стремится отнять жизни кусочек от зайца живого. И начинается гонка!

Ухватят шерсти клок и жадно ненасытно – еще давай, еще! Он же с радостью – берите! – вот они – мои высшие ценности, вот мои мысли о главном, а вот мои последние стихи…

– Кому нужны твои стихи и твои ценности, которые не едят!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза