Читаем Оригинал полностью

То есть о том, что принц уже на свободе и что признал в Илве свою возлюбленную, они еще не в курсе? Неужто никто не успел донести, когда явились домой? Или желающих выступить в роли приносящих такие новости не нашлось? Вот же, как говорится, сюрприз будет. А этот мелкий крылато-голубой засранец еще услышит от меня пару ласковых. Если, конечно, сначала меня деспот не прибьет.

— А твой сын не упомянул, что Хакон дал нам времени до вечера, а я понятия не имела, где вы и насколько быстро сможете вернуться? Никто же здесь не считает нужным нормально общаться со мной или отвечать внятно на вопросы! — Бархат, услышав раздражение в моем голосе, оттолкнулся от дна и вывалился, наконец, из ванны, вставая на еще чуть подрагивающие лапы и глядя недобро на Алево, а я резко сменила тон на более спокойный. — Я считала, что вас не будет несколько дней, и это во-первых! А во-вторых, я вообще не имела представления, что мне придется иметь дело с чем-то подобным и все вокруг резко возложат на меня почетную обязанность взаимодействовать с королевским посланником и принимать столь серьезные решения!

— А ты думала, быть первой фавориткой архонта это одно веселье? — я поняла, что асраи борется с желанием язвить, вынужденный делать милое лицо, дабы не провоцировать агрессию быстро возвращающего силы Бархата. — Но не важно. Главное, что Грегордиан пришел в дикую ярость, еще и не успев толком остыть от боя, и помчался во всем разобраться. Ясное дело, зверь счел его гнев опасным для тебя и поэтому выхватил контроль. И как я понимаю, возвращать его не намерен. Не раньше, чем архонт успокоится.

Вот оно почему водичка бурая. Интересно, сколько на Бархате чужой крови, а сколько его собственной? Я, вскочив, торопливо обшарила черную, как уголь, шкуру пальцами и глазами в поисках повреждений. Ран не нашлось, но в некоторых местах под толстой кожей были какие-то вздутия, болезненные, судя по изменению дыхания моего зверя, когда я на них натыкалась.

— Эдна, отойди! — предупредил меня Алево. — Все может повториться в любой момент, пока архонт не вернет себе контроль.

— Не могу сказать, что я расстроена тем, что его пока нет, — я кривила душой, но совсем немного. — Общаться с бешеным Грегордианом и оправдываться у меня нет особого желания. Особенно учитывая, что вы не все знаете.

Асраи покачал головой, как бы говоря «не вываливай пока на меня еще что-то».

— Эдна, ты в своем уме? Хакону очень скоро донесут, если уже это не сделали, что деспот вернулся! И при этом он не поспешил встретиться с самим королевским посланником, а в зверином облике сидит тут с тобой и готов наброситься на каждого, кто приблизиться, считая угрозой не только всех и каждого, но и собственную человеческую половину! Что будет, если Хакон с претензиями заявится сюда? А он не преминет это сделать, уж поверь мне!

Будет море крови и кишки наружу, скорее всего.

— И что нам делать?

— Нам? Тебе, женщина! — на повышение голоса Алево Бархат тут же отреагировал угрожающим рыком, но я провела по его спине, и он тут же успокоился и боднул меня в бедро, требуя еще ласки.

— Вот! — тут же ткнул асраи. — Как ни прискорбно для меня, но ты единственная, кого он сейчас будет слушать. Постарайся договориться со зверем и заставить его уступить место архонту.

— Вытащить на свет божий взбешенного мужика, который прибить меня готов? Считаешь, у меня совсем инстинкт самосохранения совсем отсутствует?

Алево открыл рот что-то ответить, но в этот момент Бархата опять затрясло, и я уже без посторонней помощи и подсказок отскочила от него подальше. Несколько минут мы с асраи молча и беспомощно взирали, как колбасит моего зверюгу, и в этот раз мне даже на мгновенье показалось, что я увидела сведенное судорогой обнаженное тело Грегордиана. Но потом Бархат, очевидно, все же взял верх, и припадок стих, оставляя его почти бессильно лежать на полу. На самом деле наблюдать его таким было невыносимо больно для меня, и слезливый ком стиснул горло, и кулаки сжимались от потребности сделать хоть что-то, чтобы такое не повторилось больше. Смотреть, как страдает кто-то дорогой тебе в сотни раз тяжелее, чем самому переживать любую боль.

— Нет, с инстинктами у тебя все нормально, женщина! Да и какими-никакими мозгами ты не обделена! — Алево начал с того же места, как и закончил.

Интересно, он в курсе, как способна бесить эта его способность не терять нить разговора ни при каких обстоятельствах, тогда как у тебя уже столько всего промчалось в голове? Даже если и да, то арсаи наверняка плевать.

— В твоих же интересах найти слова, чтобы унять его гнев и сделать так, чтобы обе ипостаси перестали бороться между собой, — продолжил как ни в чем ни бывало гнуть он свое. — Сломанные кости после битвы, яд десятков биргали, бродящий в его крови, и еще и это сражение за контроль! Даже силы и способности к исцелению дини-ши не хватает на все это. А если вас застанут в такой момент? Думаешь, Хакон не воспользуется уязвимостью Грегордиана?

Однозначно воспользуется, тут Алево прав на все сто.