Читаем Он сказал «нет» полностью

Грэнби же с каждым движением увлекал ее все выше к вершинам блаженства, и Кэтрин вдруг почувствовала, что ей хочется выкрикнуть слова любви. Но в последний момент она прикусила губу, не давая этим словам вырваться наружу; она боялась своих чувств, боялась, что они превратят ее в рабыню этого мужчины – ее мужа. Не следовало отдавать ему себя всю целиком. Во всяком случае, до тех пор, пока у нее не появится твердая уверенность, что ей не грозит участь подруг, Сары и Вероники.

Он запустил пальцы в волосы Кэтрин и, откинув ее голову назад и приподняв над подушкой, прикоснулся губами к шее в том месте, где пульсировала жилка. Грэнби еще раз мощно и глубоко вошел в нее, и Кэтрин почувствовала его в самой глубине своего лона.

– О, Кэтрин... – прохрипел Грэнби.

В следующее мгновение он содрогнулся, и Кэтрин почувствовала, как он наполнил ее сладостным теплом. Она вскрикнула почти тотчас же и тоже затрепетала. В этот момент их взгляды встретились. Оба испытывали предельное наслаждение, они чувствовали, что сливаются воедино не только их тела, но и души.

Несколько минут спустя Кэтрин все еще ощущала жар его тела, гладкого и необыкновенно мускулистого. Теперь муж лежал на боку и, обнимая ее одной рукой, прижимал к себе. Но он молчал, а его дыхание было ровным и спокойным. Кэтрин подумала, что он спит, однако не была в этом уверена. Она шевельнулась, и обнимавшая ее рука чуть напряглась. И тут же послышался тихий шепот:

– Кэтрин...

– Нортон... – шепнула она в ответ. Почувствовав, что вот-вот заснет, Кэтрин тихонько вздохнула и закрыла глаза.

Проснувшись, Кэтрин повернула голову к окну. Сквозь закрытые ставни в комнату сочился серый предрассветный свет. Она сначала растерялась, но почти сразу же вспомнила, где находится и почему. Вспомнила, что обвенчалась, потом заснула в объятиях мужа, подарившего ей чудесную, ни с чем не сравнимую ночь.

Минуту спустя Кэтрин увидела, как за ставнями вспыхнул бледно-розовый свет – над Ла-Маншем разгорался рассвет. И тут же руки Грэнби обвились вокруг нее, и ладони его легли ей на грудь.

– Доброе утро, миледи, – прошептал он ей в ухо.

– Еще не совсем рассвело, – пробормотала Кэтрин; ей вдруг пришло в голову, что нужно побыстрее одеться и вернуться в Бедфорд-Холл, пока не проснулась тетя Фелисити.

Конечно же, им придется поплатиться за содеянное – ведь граф лишил тетю возможности отпраздновать пышную свадьбу, и леди Форбс-Хаммонд едва ли сможет с этим смириться.

Что же касается остальных обитателей Бедфорд-Холла, то Кэтрин даже боялась представить, что они будут говорить. Венчание глубокой ночью в крохотном домике на берегу моря – это же в высшей степени неприлично. Однако в этом была и своя романтика, так что, наверное, не все их осудят...

– Время не имеет значения, – сказал Грэнби, положив руку ей на ягодицы. Потом пальцы его скользнули меж ее ног, и он принялся ласкать жену.

Ласки Грэнби становились все более настойчивыми, и вскоре Кэтрин почувствовала, что едва удерживается от стона – в ней снова разгоралось пламя желания.

Но будут ли они всегда ощущать такое же влечение друг к другу? Кэтрин очень хотелось в это верить. Она попыталась повернуться к нему лицом, но вдруг почувствовала, что он вошел в нее и тотчас заполнил ее своей отвердевшей плотью. Она шевельнула бедрами и тут же услышала над своим ухом его шепот:

– Ты быстро учишься. – Чуть отстранившись, Грэнби повернул жену лицом к себе. – Вот так. Так будет лучше.

Он раздвинул ее ноги коленями и вошел в нее еще глубже. И тут же принялся поглаживать ее груди и легонько теребить горошины сосков.

Граф чувствовал, как напряжение его нарастает, чувствовал, что если перестанет себя контролировать, то все произойдет слишком быстро. Кэтрин же прижималась к нему все крепче, и он раз за разом погружался в ее сладостное тепло, стараясь как можно полнее с ней слиться.

Когда же он в последний раз вошел в нее, из горла его вырвался хриплый крик, по телу пробежали судороги. Кэтрин громко застонала и тоже содрогнулась – в эти мгновения она уже чувствовала, как ее заполняет горячее семя мужа.

Им понадобилось немало времени, чтобы отдышаться. Когда Кэтрин наконец-то пришла в себя, она обнаружила, что лежит рядом с мужем, а ее волосы закрывают ей лицо. Она откинула их и взглянула на Грэнби. Он улыбнулся и нежно поцеловал жену. Потом спросил:

– Устала?

– Да, ужасно, – пробормотала она сонным голосом.

Грэнби рассмеялся:

– Я тоже, ужасно... Если хочешь, поспи еще.

Она взглянула на него с удивлением:

– А как же...

– Теперь мы муж и жена, – перебил граф. – И никто, кроме Пека, не рискнет постучать к нам в дверь. А он потревожит нас только для того, чтобы принести горячего чая и булочек с маслом.

– Тете Фелисити это не понравится.

– А тебе? – Он заглянул ей в глаза.

Кэтрин медлила с ответом. Наконец пробормотала:

– Я ведь стала твоей женой совсем недавно, даже еще не привыкла к виду обручального кольца на руке...

Он взял ее за руку, поднес к губам и поцеловал каждый палец.