Читаем Он пришел издалека полностью

Лично Олсинту было все равно, что скажет Франклин капитану. Он в любом случае оставался в проигрыше: при следующей посадке на планету, случись ему исчезнуть, никто не станет задавать вопросов.

Работа метчика была далека до завершения — в системе насчитывалось семь планет, и каждую предстояло подробно обследовать. С дальнего расстояния, разумеется. Метчики редко опускались на планеты — и только на те, что выглядели особенно подходящими для колонизации. Такие требовали подробного изучения.

Дело не в том, пригодна ли атмосфера для дыхания, закована ли планета льдом или на ней адская жара. С такими мелкими трудностями инженеры по освоению справлялись. Проверять следовало иные критерии.

Олсинт шел по кораблю. Работа кипела, но незаметно для глаза: она отмечалась только электронными приборами. Корабль скользнул на орбиту, плоскость которой пересекалась с осью вращения планеты под самый удобным углом. За время двух витков, планета совершила три оборота. За это время успели оценить наличие минеральных ресурсов и приближенно — их запасы.

Когда он подошел, Ларейн подняла голову.

— Вот это находка! — весело объявила она.

— Тяжелые? — без особой нужды уточнил он.

— А что же еще нам искать? — Девушка склонилась над маленькой торпедой, с которой работала. — И не на одной! На двух планетах системы обнаружены тяжелые элементы в количестве, оправдывающем заселение.

— А как с силой тяжести?

Олсинт не всегда разделял энтузиазм команды относительно новых открытий.

— На первой единица и шесть, на второй две и три десятых. Немножко выше, чем хотелось бы, но ради таких минеральных богатств поселенцы приспособятся.

— А атмосфера?

— На первой почти нет, большая часть замерзла. А у этой — с содержанием хлора. — Ларейна ухмыльнулась. — Твоя вечная тема, да?

Не то, чтобы вечная, но спорить он не стал. Его интересовала реакция членов команды.

— Ты бы хотела на такой жить?

— Мне не придется, — ответила Ларейна, что-то подстраивая в торпеде. — Я бываю не планетах не чаще двух раз в год. По правде сказать, я почти забыла, что значит — год.

— В том-то, пожалуй, и крылась заковыка, но говорить об этом не было смыла.

— Еще что-нибудь интересное?

— Мы подходим к планете поменьше. Суша, океаны, достаточно тепло и с атмосферой, которой мы, вероятно, сможем дышать как она есть. Состав твердой материи пока не известен, но по прикидке массы не похоже, чтобы там хватило тяжелых элементов для колонизации. — Она еще что-то подстроила в торпеде и покатила ее к пускному аппарату. — Хотя в такой богатой системе ее могут отвести для администрации — и под курорт. Если тебя это волнует.

Собственно говоря, это его волновало. Олсинт жалел, что такое множество планет, идеальных для жизни людей, приходилось оставлять позади, потому что на них не хватало главного. Конечно, тут ничего не поделаешь. Для заселения планеты необходимы космические корабли, а топливо для этих кораблей — тяжелые элементы. Все остальное ничего не значит.

Ларейна защелкнула крышку и нажала кнопку. Торпеда ушла. Она выйдет на траекторию, которая в конечном счете благополучно доставит ее на планету.

— Вот, — с тихим удовлетворением сказала девушка. — Метка на месте и останется на месте, пока ее кто-нибудь не выкопает.

До того могли пройти месяцы, а могли и годы. Пока сюда не доберутся колонисты, торпеда будет регулярно выдавать в эфир собранные метчиками сведения. Где-то в далеком центре планирования на трехмерной карте пространства загорелась новая красная точка. Ее будут учитывать при обновлении программы экспансии.

Ларейна смахнула волосы с глаз. На щеке у нее была клякса.

— Я занята, — сказала она, — но если тебе нужна, найду время.

Если девушка с такой неохотой отрывалась от своего занятия, Олсинт предпочел бы обойтись без нее. Он покачал головой, ответил, что справится сам и отправился к своему растению.

Неладное он почуял, едва войдя. Но в чем дело, надо было разбираться. Растение представляло собой большой сложный механизм, и мало было прочитать показания всех датчиков; требовалось еще и визуальное обследование. Он начал с одного конца и закончил на другом. Приборы показывали норму, но состояние растения не радовало. Это как бывает с деревьями: ствол и листья еще целы, но умирание началось. С корней, разумеется. Его растение корней не имело, их заменяло сложное сочетание цистерн и поддонов. Но в этом хитросплетении существовало нечто, соответственное корням.

В самом конце первого ряда Олсинт высмотрел возможную причину беды. Не работал клапан, контролирующий поток. Неуклюжими, перевязанными руками он попытался переустановить клапан, но деталь заело, и снять ее Олсинт не сумел.

Можно было бы вызвать Ларейну, но девушка занята. Как и вся команда. Найти бы рычаг, Олиснт сумел бы отвернуть клапан. Он осмотрелся, отыскивая что-нибудь подходящее. Небольшой металлический стержень, прислоненный к стене, выглядел более или менее пригодным.