– Да нет у меня определителя! Сколько раз тебе об этом говорить? Жаба душит доплачивать доллар. Мне ведь по мобильнику только хорошо знакомые люди звонят… Мама дорогая! С какой стати покойница причислила себя к их кругу?.. Слушай, с живыми я еще как-то могу договориться. Даже с инспекторами службы безопасности дорожного движения. Один из них, постоянно маскировавшийся вместе с машиной перед поворотом за заправкой в первые годы моего водительского стажа, точно съездил отдохнуть в Турцию на мои деньги. Но с покойниками общего языка не найду. Надо идти в органы. С повинной.

– Я уже уговорила Димку переговорить с Листратовым. Так безболезненнее будет.

– Ну да. Просто дома запрут. И ладно. У меня из огурцов уже гранаты выросли. Только без взрывателей. А продавали как семена корнишонов!

– Мне завтра позарез в Москву надо. Пробить по компьютеру адрес Рогачевой Марии Павловны. Спасибо Лешику – в свое время ввел базу данных. Хотя она и старая, но может быть, что-то выкопаю. Димка как раз дежурит сутки. У них врачей не хватает. Потом уже не выберусь. Но это еще не все. Андрея перевели в блок интенсивной терапии. До того момента, когда господин Листратов изволит предпринять меры по охране, мне необходимо задать Андрею пару вопросов. Ты не представляешь, какая каша у меня в голове. Одни предположения опровергаются другими. Кстати – не забыть! Необходимо очистить мусорную корзину.

– Это голову, что ли?

– Балда! Помнишь значок мусорной корзины на дисплее компьютера?

– Извиняюсь. Но откуда я знаю? Вдруг ты считаешь свою голову компьютером? Мусора в ней тоже хватает. Иначе почему ты решила, что должна ехать одна? Начались какие-то непонятные реакции на наши действия. Этот странный звонок… Нет, нельзя работать в одиночку.

– Оно, конечно, так… В меня сегодня прямой наводкой навозным жуком пальнули из леса. А может, и не жуком. Камнем. А может, и не пальнули… Сам мимо пролетел. Димка минут пятнадцать, если не больше, гонялся за неизвестной личностью, выполнявшей функции подслушивающего устройства рядом с забором.

– Да ты что?! Догнал?

– Нет, тапки слетели… Еще Лека приезжала – Нинель искала. Она пропала из больницы. Просила никому об этом не говорить. Поэтому-то и говорю. – В голове неожиданно застучали тревожные молоточки.

– Как это она ухитрилась? Оттуда так просто не сбежишь. Значит, либо совсем с ума сошла, либо наоборот – набралась… А когда это случилось?

– Вроде вчера утром.

– Так это она и угробила бывшую жену Андрея. – Наташка сделала страшные глаза и трагическим голосом добавила: – Точно свихнулась! От замужества. И не такие бабы после него с ума сходили. Вдовой-то ей привычнее… Ну точно! Институт Сербского ей совсем не понравился – та же тюрьма. Ну и двинула в свой коттедж. А там – эта Марь Павловна на ее… нет, на свою голову! Зачем Нинке лишние жены в доме?

– Андрей сказал Димке, что не был женат. Мне надо это уточнить. Наталья, сосредоточься! Придумай, как нам пролезть в блок интенсивной терапии. К Андрею можно попасть только по спецпропуску, а он велел никому его не выдавать…

Наташка задумалась. На целых пять минут. Потом сделала весьма модный жест – как будто дернула за подвесную ручку сливного бачка для унитаза прошлого века, и радостно завопила:

– Йес!!! Завтра, как только Борис с Димкой отчалят на трудовой подвиг, мы с тобой рванем в Москву. Девчонок не берем – будут мешаться. Предварительно заедем домой. Заодно влезешь в базу данных.

– Может быть, сначала в больницу? – робко вмешалась я.

– Никак не можно. Экипировка нужна!

На этом и разошлись. Тогда даже в голову не могло прийти, чем обернется наш отъезд.

Часть четвертая

КАК СТАТЬ ГИНЕКОЛОГОМ

1

Ночь прошла крайне суматошно. Димка без конца вскакивал, уговаривая меня спать спокойно, от чего я, собственно, и просыпалась, и носился по всему дому, прилипая к окнам с целью обнаружения неизвестного злоумышленника. Несколько раз вставала сама, чтобы проверить, есть ли в пустующем доме Рогачевых свет. Его не было. В дополнение ко всему из Аленкиной комнаты приковыляла прихрамывающая Настя и прямиком направилась к окну, упорно стараясь через него вылезти. Я испугалась. Все-таки второй этаж. Какое-то заразное помешательство. Пришлось ее окликнуть.

– Не пойму, как у вас эта дверь открывается, – пробормотала спящая красавица.

– Настенька, это окно. А куда ты собралась?

– Тюльпаны сажать.

– Среди ночи? Сейчас и совок-то не найти.

Настя не ответила. Покорно позволила проводить себя до дивана и с удовольствием улеглась. Утром недоверчиво смеялась над моим пересказом припадка трудолюбия, решив, что ее разыгрывают.

Утром Димка прихватил Бориса и перед отъездом погрозил мне на прощание пальцем. Борис улыбался и многозначительно вертел ключами от машин. Они тут же слетели, и он долго ползал внизу, разыскивая, а потом извлекая их из-под водительского сиденья. Наташка от калитки отпускала язвительные комментарии, а Денька, высунув язык, время от времени ей подгавкивала. Я просто стояла и тихо радовалась. А не будут выпендриваться!