Читаем Окно в Европу полностью

– Что, сами не прокормим? Дай-ка я загляну? Паек, говоришь? Воняет ужасно! Не понимаю, как такую гадость можно есть?

– Димочка, но ведь тебя никто и не заставляет. Как-нибудь уж перебьемся запасами из холодильника.

– Я, кстати, еще не успел поужинать, – укоризненно заявил он, с сомнением перебирая сухой корм. – Давай, не тяни, рассказывай…

– Я коротко. Следствие квалифицировало падение Андрея из окна как несчастный случай. Это не так! Не так, я повторяю, – повысила я голос, заметив нетерпеливый жест мужа. И уже спокойнее добавила: – Я это знаю. Его выкинули из окна, и тому есть свидетель. Более того, место падения было точно рассчитано. Туда заранее сложили камни и кирпичи с прицелом на то, чтобы Андрей, падая вниз головой, разбился насмерть. Местный пьяница, застолбивший это место для личного отдыха на природе после обильного возлияния, разозлился на нахального конкурента, застолбившего его участок, и раскидал камни в разные стороны, пристроив на законное место личную раскладушку и для удобства пару матрасов. На них Андрей и приземлился, разбив голову о недопитую поллитровку алкаша. К сожалению, Андрей не видел, кто постарался его отправить на тот свет. В комнате с ним была только Нинель. Боюсь, он уверен, что это ее рук дело. Андрей состоятельный человек. И по закону после смерти все его богатство должна унаследовать жена. Ее попытка решить этот вопрос столь нетерпеливо выглядит, по его мнению, особенно цинично. Ну могла бы для приличия какое-то время пожить с ним, поморочить голову… А потом уже… Ой, что это я несу? – Димка недоуменно пожал плечами. – Дима, я же это не от себя говорю. Просто прослеживаю ход его мыслей. Уверена – Нинель здесь ни при чем. Об этом свидетельствует и тот глубокий шок, который с ней приключился. Но она видела убийцу. И он не остановится в своей попытке избавиться от Андрея. Просто это было сложно сделать в реанимационном отделении. Теперь – легче… – Димка смотрел с недоверием, и я решила использовать последние аргументы: – Убийца уже избавился от первой жены Андрея. Сегодня утром мы ездили полюбоваться на его коттедж и обнаружили там труп. Это во-первых. А во-вторых, много лет назад на это же место, куда упал Андрей, и на подобные же камни и кирпичи из того же самого окна выпал муж Тамары Васильевны. Ее сын Володька – ты его должен помнить, это муж Нинели, которого похоронили четыре года назад, – в то время четырнадцатилетний или пятнадцатилетний подросток видел, как мать вытолкнула отца из окна. Повод – дикая ревность и нежелание дать ему развод. Потом они прятались в соседней квартире. Соседка доверяла им ключи на время своего отсутствия. Все это мальчик рассказал подруге матери… Ну, там сложная история… Я тебя убедительно прошу, переведи Андрея к себе или свяжись с Листратовым. Пусть организуют наблюдение за боксом. Сама, как понимаешь, звонить ему не рискую. Влипну в неприятность. А если ты позвонишь и объяснишь ситуацию, то не услышишь от него ничего нового в мой адрес. Опять же себе приятное сделаешь. Лишний раз убедишься, что не один считаешь меня… Ну, не буду сама себя обижать. Как-то некорректно. Вроде… все… – На мужа я старалась не смотреть. Он скрипел зубами и, подозреваю, совсем не от голода. – Дима, – напомнила ему осторожно, – сейчас не время сводить счеты и требовать от меня исповеди по всем интересующим тебя вопросам. Честное слово, очень тревожно за Андрея. Кстати, забыла тебе сообщить – Нинель пропала из института Сербского.

Собравшийся было встать Димка снова плюхнулся рядом и проявил себя ничуть не умнее меня:

– То есть как пропала?

Я вздохнула и пояснила:

– «Как-как»… Молча. Сбежала вчера с ведром, шваброй и половой тряпкой. Интересно, что у них денег нет на швабру с поролоном? Или экономят? Старые простыни девать некуда, на тряпки рвут? Хотя откуда у них деньги? Правительство нормальных людей прокормить не может – учителей, например. На фиг ему на сумасшедших разоряться? С другой стороны, сами психиатры не совсем сумасшедшие, правда, Димуля?

Димкина реакция была странной. Такое впечатление, что по профессии муж был не хирургом, а именно психиатром. Он встал, подошел к бассейну и нырнул в воду. Прямо в шортах и футболке. На бортике сиротливо лежали только его шлепанцы. Не долго думая, я столкнула их в бассейн. Зачем же мужу полуодетым плавать? Наклонившись, с интересом понаблюдала, как они, покачиваясь, пошли на дно, и удовлетворенно кивнула – там даже удобнее напяливать их на ноги. Забота о муже притупила бдительность. Я еще и обдумать не успела Димкино предложение: «Не дай себе засохнуть! Вливайся!», как оказалась в воде. Муж галантно проводил меня туда за руку. Даже не возмутилась. В конце концов каждая жена достойна своего мужа.

– А что это вы прямо в одежде плаваете? – В вопросе Настены сквозил истинный интерес, сдобренный налетом зависти.

– Наш ответ нудизму! – отфыркиваясь, прорычал Димка.

– Стираемся! – выдвинула я свой довод.