Читаем Океан полностью

Жалкие и обвалившиеся остатки скелетов-костяков от шалашей, вперемежку с трухой и волокнами от сгнивших циновок. Несколько распавшихся на части скелетов… Труха от сгнивших брёвен, и прочих неизменных атрибутов большого селения… Немного полусгнивших остатков кольев и снова труха — на том месте, где должен был быть навес для Оружия… Вместо Оружия — вообще ничего! Похоже, его для «разборок» использовали всё — видать, некогда было уже изготовлять запасное.

Зато Гар порадовался: воистину огромный Точильный Камень выделялся кроваво-бурыми боками среди всеобщего запустения и серости.

К Котлу можно было и не ходить — Гар знал, что его дно приподнялось почти вровень с Площадкой, и высохло, как всегда бывает, если Котлом не пользоваться.

Гар похмыкал: примерно такого он здесь и ожидал. Конечно, установить, из-за чего произошла междуусобица, как случилось, что никто не выжил, и когда скончался последний человек — невозможно! Зато нетрудно обо всём догадаться: люди везде — люди…

С другой стороны, поселиться сейчас на такой громадине… возможно.

Но — нет смысла!

Ведь управлять движением Острова можно только с помощью Ветра: натягивая и переставляя паруса-циновки, и шверты. А им, чтобы сплести столько парусов, и шверты для десятков Колодцев, понадобится несколько месяцев! Да и всё равно: чтобы управлять движениями и курсом такой махины нужен экипаж в сотни человек! И — не женщин, а — Воинов!

— Вождь… — в голосе Лайи проскальзывал неподдельный страх, — Что здесь случилось? Может, у них была… Эпидемия?!

Эта мысль приходила Гару в голову, но слишком красноречивы оказались следы, чтобы отвергнуть эту мысль, и принять другой, куда более правдоподобный сценарий:

— Нет, Эпидемии здесь не было. Мы вместе шли через остатки Посёлка. Видели скелеты? — ещё бы! Не увидеть их смогли бы только слепые! — Все они — женские! — две пары глаз недоуменно уставились на него.

Ну вот: всё как всегда! Вместе шли, вместе на всё смотрели — он увидел, а женщины — нет! Или это — свойство всех женщин? Видеть не то, что видно, а то, что хочется?.. Или просто — видеть, но ничего при этом не думать?! Он невольно закатил глаза к небу, вздохнул. И попробовал ещё раз:

— Раз среди скелетов нет мужских, это может говорить только об одном: они все погибли раньше, чем вон те, — он махнул рукой на остатки шалашей, — А погибнуть они могли только в бою. Так? — видя, что женщины не согласны, он пояснил, — Ну вот же: остатки двух Вышек! Значит, было и два… как бы Племени. Похоже, им долго не попадались подходящие для Роения и расселения Острова… Вот они и разделились прямо здесь. И вели раздельно и хозяйство, и добычу пищи… А как учил нас Шаман — такое всегда ведёт к Гражданской Войне!

Ну, теперь-то его боевые подруги закивали — он смог напомнить прописные Истины, и обосновать свою позицию, и возразить оказалось нечего.

— А раз скелетов мужчин нет — значит, их бросили в Котёл, и они успели разложиться: вон, — он опять махнул рукой, — Котёл пуст!

— Но Вождь… — голос подала уже Мария, — Почему же женщины тогда не… в Котле?

— Хм-м-м… Точно сказать не могу. Но догадываюсь.

Некому оказалось их туда бросить. А сами — уже оказались не в состоянии.

Возможно, они потеряли стимул. Смысл жизни.

Раз потомства ждать не от кого — неизбежно старение и вымирание. Вот это-то, судя по-всему, тут и произошло. Скелеты — явно старух. Кости не только трухлявые, но все — принадлежат старухам. Видели же бёдра и таз? Почти все — явно с ревматическими повреждениями! Искривлённые, с отложениями солей…

Против этого возразить было нечего: признаки хронического бедствия всех жителей Островов отрицать невозможно. Они слишком явны. Искривления, старческие наросты костей — всё как всегда.

— Вот и перестали они рыбачить, да и собирать кокосы, и верхушки побегов… Я считаю — все те, кого мы видели, скончались от старости. Или — истощения! Да оно и понятно — зачем что-то делать, если некому передать Остров Предков?!

Женщины молчали, то ли убеждённые его безапелляционными заявлениями, то ли потрясенные и подавленные представившейся картиной медленного угасания целого Племени — вернее, даже двух. Гражданская война… Ещё один Миф.

Однако — вот он и подтвердился! Две вышки!..

Гар забрался прямо на Точильный Камень. Обозрел с него огромную Площадку.

Ладно. Пусть изделия рук человеческих им и не достались (Трухлявое Оружие и полусгнившие шесты в счёт не идут!) — есть всё же то, что они смогут забрать и отсюда!

В первую очередь, конечно, сам Камень, на котором он стоит. Втроём как-нибудь дотащат — с помощью катков. Ну, и, само-собой — срубят длиннющие толстые шесты для новой, более высокой и устойчивой Вышки. А ещё — кокосы про запас. И — Рыбалка!

Спустившись к выжидающе глядевшим на него женщинам, он гордо объявил:

— Я решил. Мы забираем отсюда Камень! Когда наш Островок вырастет, все Воины будут точить Оружие об него! Затем — мы вырубаем длинные шесты. И собираем кокосы. И после всего — Рыбачим! Ну, рыбачим мы с Марией — Лайя будет следить с Вышки за Океаном!

Кто-нибудь хочет возразить?


Перейти на страницу:

Похожие книги

Час Быка
Час Быка

Ученый-палеонтолог, мыслитель, путешественник Иван Антонович Ефремов в литературу вошел стремительно и сразу стал заметной фигурой в отечественной научной фантастике. Социально-философский роман «Час Быка» – самое значительное произведение писателя, ставшее потрясением для поклонников его творчества. Этот роман – своеобразная антиутопия, предупреждающая мир об опасностях, таящихся е стремительном прогрессе бездуховной цивилизации. Обесчеловеченный разум рождает чудовищ – так возникает мир инферно – непрерывного и бесконечного, безысходного страдания. В советское время эта книга была изъята из магазинов и библиотек практически сразу после своего выхода в свет. О ней молчали критики, а после смерти автора у него на квартире был произведен обыск с целью найти доказательства связи Ивана Ефремова с тайным антисоветским обществом.

Иван Антонович Ефремов

Социально-психологическая фантастика
Чёрная сова
Чёрная сова

В золотых горах Алтая, на плато Укок живёт чёрная сова — пробужденный дух шаманки. Лунными ночами она вылетает из своей каменной башни и бесшумно реет на фоне звёзд, чтобы подстрелить ядовитой стрелой очередного путника. Жертвы чёрной совы — исключительно мужчины — бесследно исчезают, а когда появляются вновь, бредят о единорогах, подземном царстве и окнах в параллельный мир.Топограф Андрей Терехов в мистику не верит и списывает эти россказни на чью-то разгулявшуюся фантазию, особенности местного фольклора и банальные приступы белой горячки. В этом убеждении его поддерживает и давнишний приятель Жора Репей — начальник погранзаставы — но складывается ощущение, что у старого вояки свои счёты к загадочной шаманке.Поэтому когда цепь необъяснимых случайностей лишает Терехова напарников, и уже его собственное сознание выделывает с ним шутки — он понимает, что оказался втянут в странную игру невидимых сил. Он пользуется освободившимся временем, чтобы выяснить — кто стоит за легендами о чёрной сове?

Сергей Трофимович Алексеев

Социально-психологическая фантастика
Океан
Океан

Опаленный солнцем негостеприимный остров Лансароте был домом для многих поколений отчаянных рыбаков из семьи Пердомо, пока на свет не появилась Айза, наделенная даром укрощать животных, усмирять боль и утешать души умерших. Ее таинственная сила стала для жителей Лансароте благословением, а поразительная красота — проклятием.Защищая честь Айзы, брат девушки убивает сына самого влиятельного человека на острове. Ослепленный горем отец жаждет крови, и семье Пердомо остается только спасаться бегством. Но куда бежать, если вокруг лишь бескрайний Океан?..«Океан» — первая часть трилогии, непредсказуемой и чарующей, как сама морская стихия. История семьи Пердомо, рассказанная одним из самых популярных в мире испанских авторов, уже покорила сердца миллионов. Теперь омытый штормами мир Альберто Васкеса-Фигероа открывается и для российского читателя.

Альберто Васкес-Фигероа , Сергей Броккен , Константин Сергеевич Казаков , Андрей Арсланович Мансуров , Максим Ахмадович Кабир , Валентина Куценко

Детская литература / Морские приключения / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Современная проза