Читаем Огни Камелота (СИ) полностью

Пенелопа бежала сзади, все время оглядываясь. Раза два их догонял кто-то из бандитов, и она новой волной магии отбрасывала их в сторону. Если бы она могла убить... Она как-то спрашивала об этом у Годрика. Сначала он отшутился, мол, это была героическая схватка, и враг был красиво повержен. Но потом посерьезнел и просто сказал, что первое убийство не забывается. Хорошо, если оно во имя правого дела, как было у него. Разве у нее сейчас не правое дело? Она защитила бы себя и королеву от неминуемой ужасной опасности. И мозг твердил ей, что ей нужно сделать этот шаг. Но противилась ему не только она сама – ее магия сворачивалась клубком в ладонях и ворчала, упорно не желая становиться смертельной. Магия впивалась ей в кожу, цепляясь за нее и не даваясь приказу. Ее волшебство не было придумано для убийства. Ее волшебство лучилось, грело и мурлыкало. Оно могло стать щитом. Но не лезвием.

И в какой-то момент они выбежали из чащи со стороны склона.

Ноги запутались, от неожиданности женщины рухнули наземь и покатились вниз. В небо брызнули листья, облака стекли на землю, багрянец перемешался с лазурью, бока и голову отдавило в круговерти. И где-то внизу Пен охнула, сжавшись в три погибели над подвернутой лодыжкой.

- Что с тобой? Бежим! – выдохнула Кандида, вскакивая на ноги.

Сморгнув набежавшие слезы, Пуффендуй покачала головой.

- Я не смогу, я повредила ногу. Бегите без меня.

- Ты издеваешься?!

- Я их задержу! Я не дам им до вас добраться!

- Ты погибнешь!

- Бегите! Меня все равно казнят теперь, какая разница!

- Ну уж нет!

Кандиде не нужно было ничего спрашивать, чтобы понять картину. За исключением одного вопроса, она уже все поняла. Скорее всего, эта девушка была рождена с магией и давно умела ей владеть. Во дворце пользовалась доверием, а, судя по характеру Гвиневры, наверное, и дружбой. Предвзятого отношения к магам, как у Артура, у Когтевран не было, так что она вмиг поняла, что за человек сейчас сидит перед ней на коленях. Более того, Кандида осознала это слишком ясно.

Служанка сидела в палой осенней листве, обернувшись к вершине холма, на который вот-вот должны были высыпать преследователи. Толстая медная коса спускалась ей на спину. Желтое платье с коричневыми вставками и широкими рукавами не скрывало ее чуть полненькую фигуру. Кандида впервые детально разглядела ее. И изумилась. Как в этом робком, смешном существе ужилось благородство?..

И тем не менее, это так. И королева умела признавать свои ошибки. Девушка, сидящая перед ней, все последние дни терпела ее резкое и насмешливое обращение, проглатывала обиды и свое мнение, а теперь продала свою жизнь за ее честь. Сильно? Сильно.

Когтевран обошла служанку и встала между ней и холмом. На вершине как раз показались их враги.

- Нет! – крикнула рыжая, вскидывая руку, но она была быстрей.

Кандида подняла обе ладони и закрыла глаза на секунду. Когда веки поднялись, стальная радужка была залита сверкающим золотом. Она уже так давно не пользовалась волшебством... Пару недель, а кажется – вечность. С той роковой ночи магия виноватым котенком пряталась внутри, стыдясь показаться наружу. Теперь же она, словно затекшая конечность, с наслаждением потянулась, хрустнула, взорвалась и повалила наземь бежавших первыми бандитов.

В багряную листву рухнули трупы.

Служанка уставилась на это широко распахнутыми глазами.

Кандида полностью осознавала, что делала. Она ненавидела нарушать правила. Она всегда старалась блюсти принципиальность и истинность. Порядок и контроль. Только в них она видела способ жить, только в них была для нее гармония жизни целых народов. Однако сейчас...девушка за ней только что нарушила правила, чтобы спасти ее честь. Когтевран бы не смогла спокойно спать, если бы позволила ей умереть.

Трупы падали со склона, и поэтому подбегавшие разбойники не видели, что грозило им на финише. Кандида сразила около двадцати мерзавцев, не разбираясь, кого ранила, а кого убила. В бою ей бывать приходилось. К счастью или к сожалению. Скорее последнее. Умом она понимала, что иногда убивать приходится, чтобы выжить самому или защитить свой народ. Но сердце ее порой томилось по той легкости, которую навсегда отрезало первое убийство.

Оставшаяся в живых половина банды все-таки увидела, что творится, и успела бежать. Конечно, можно было бы пуститься в погоню, но у нее нет под рукой солдат, а заниматься резней – не дело. К тому же...сейчас были более важные вещи.

Служанка смотрела на нее широко раскрытыми глазами, как будто она только что сняла с неба луну. Кандида усмехнулась на этот взгляд.

- Вы...вы...волшебница...

- Почему тебя это так удивляет?

Рыжая покачала головой, стараясь прийти в себя.

- Вы волшебница! И...никто об этом не знает? Или...вы приехали сюда, а...

- Нет, в Ифтире тоже никто не знал, – угадав вопрос, невозмутимо ответила Когтевран, отряхивая ладони от грязи. – Только сэр Теодор. – Таращившиеся на нее глаза требовали истории. Королева вздохнула и присела на землю рядом. – Давай сначала ты. Почему ты служишь при дворе Пендрагонов, которые истребляют магию?