Читаем Одержимый полностью

– Разумеется, разговор обо всем этом я заводил, – ответил Гуров с досадой. – Только ничего вразумительного в ответ не услышал. В общем, Трунин и в самом деле сильно поломался, когда в окно прыгал. Чувствует себя неважно, к длинным разговорам не расположен. Ну и потом, у меня сложилось впечатление, что этот тоже не слишком охотно вспоминает свое прошлое. Но это может быть иллюзией, потому что Трунин болен. Короче говоря, и в этом случае нужно ждать.

– А ты уверен, что у нас есть время?

– В том-то и дело, что нет! Потому и перебирать фамилии не имеет большого смысла. В Москве мы найдем столько Романовых и Зарапиных... Но вот с Зарапиным нам как будто повезло. В отделе кадров у нас работает Зарапин, так вот у него есть брат, имя-отчество которого такие же, как и у Зарапина из списка. И служил он действительную где-то на юге. Работает в дорожном строительстве. Я выяснил, где он сейчас. Хочу сгонять туда. Может быть, хотя бы этот прояснит ситуацию.

– А как с соображениями, откуда вообще мог появиться этот список? Придумал что-нибудь?

– Есть кое-какие интуитивные ощущения, – сказал Гуров, – но очень туманные. Единственное, что кажется мне наиболее правдоподобным, – автор этого списка входит в него. А подсунул его нам, потому что боится за свою жизнь. Возможно, он тоже получал угрозы или узнал о смерти бывших сослуживцев и решил подстраховаться.

– А что так по-дурацки? Почему не пришел по-человечески, не подал заявление?

– Думаю, у него есть причины не высовываться до поры до времени. Очень возможно, что он из криминальных кругов. Хотя в наших архивах поименованные лица не значатся.

– Вообще все это очень странно. Убивают мужиков, которые полжизни прожили, убивают по списку двадцатилетней давности, а чего хотят – не говорят, – пожал плечами генерал.

– Ну почему? В случае с Труниным упоминался мотив мести. Редкий мотив, но весомый. Тот, кто берется мстить, тот обычно вкладывает в это всю душу.

– Ага, он, скорее, из нас всю душу вытянет! – недовольно заключил генерал. – Давай, поезжай к этому родственнику нашего Зарапина и хорошенько тряхани его, если это он, конечно. А Крячко пускай здесь землю роет. Перебирать фамилии – мартышкин труд, конечно, но другого выхода, сам говоришь, нет.

Теперь Гуров думал как раз об этом. Что они могли сделать? Допустим, какой-то маньяк затеял расправу над людьми, которые некогда служили в одной части. Имея в руках список этих людей, они могли поступить тремя способами – искать самого маньяка по немногим оставленным следам и по ненадежному словесному портрету, искать драчунов, подбросивших список, и искать предполагаемых жертв – все способы смело можно было назвать поисками иголки в стоге сена.

Впрочем, не исключено, что с Зарапиным им действительно повезло. Если это тот, кто нужен, Гуров его не выпустит, пока Зарапин не выложит все, что знает и думает по поводу своей службы в черноморском городке. Вот только этот нелепый корреспондент... Очень не нравился Гурову этот почти призрачный корреспондент.

Деревня встретила его пустыми, белыми от снега улицами, лаем собак и неизвестно откуда поднявшимся ветром. Гуров провел машину мимо прятавшихся за заборами изб и остановился на маленькой площади, старательно расчищенной от снега. Здесь было два приметных здания, сложенных из кирпича – что-то вроде местного сельсовета и магазин. И то и другое было закрыто, но у входа в оба здания горели фонари, а на крыше сельсовета реял трехцветный российский флаг. Гуров понял, что на скорый успех надеяться не приходится. Деревенские жители разбрелись по своим углам. Если в Сосновке и существовала ночная жизнь, то участие в ней постороннего Гурова не предусматривалось. Он представил себе, как обходит дом за домом, подолгу стучится в ворота, отбрехивается от собак, объясняет, расспрашивает, и ему стало дурно. Но делать было нечего.

– Назвался груздем, – сердито пробурчал Гуров, выбираясь из машины. – Так будь добр, груздем и держись! Не назад же ехать, в самом деле! Всего-то сотня дворов! Где-то в одном бульдозерист Зарапин. Задачка для первоклассника. Но с какого же двора начать?

Гуров оставил машину на маленькой площади и пошел наудачу по длинной улице, внимательно рассматривая присыпанные снегом крыши, будто со стороны мог определить, под какой из них прячется бульдозерист Зарапин. Но пройдя домов пять, Гуров все же постучал в ворота и, терпеливо выдержав допрос хозяина и лай собаки, приступил к поискам. Деревенские жители, как и везде, были здесь уклончивы и не особо желали делиться с чужаками секретами. Все-таки примерно через полчаса, когда небо над деревней сделалось совсем черным, а ветер разошелся настолько, что с воем погнал по улице настоящую поземку, Гурову удалось напасть на след бульдозериста. Длинный и нескладный мужик, выходивший в сарай за дровами, объяснил, как найти избу непутевой сельчанки Аглаи, у которой частенько ночевали строители.