На Гурова навалились всем миром, опрокинули на пол, начали ломать руки. Он пытался объясниться, но его никто не слушал. К счастью, его не связали – не смогли найти веревки. Кто-то догадался обшарить его карманы и нашел пистолет в кобуре.

– Ну! Вот и ствол! – торжествующе заорал пьяный голос. – Он и завалил!

Но потом во внутреннем кармане обнаружилось удостоверение с государственным гербом на красных корочках, и возбуждение начало остывать так же быстро, как и возникло.

– Ексель-моксель! – оторопело произнес тот же пьяный мужик, изучая документ. – Кажись, ребята, не того повязали. Полковник это из Москвы. Оперуполномоченный. Отпускать будем?

Возражений не последовало. Толпа расступилась. Помятый и сердитый, Гуров встал, оглядел злым взглядом смущенные лица.

– Оружие! – сухо сказал он, протягивая руку.

Мужик с некоторым сожалением вернул ему кобуру. Гуров наскоро сунул ее в карман дубленки и еще раз прошелся взглядом по комнате.

– Охламоны! – сказал он. – Соображение у вас есть? Ладно вы мне бока намяли – вы же тут все следы затоптали! Улики уничтожили!

– Извиняй, гражданин начальник! – отозвался самый раскованный из мужиков. – Не нарочно ведь! Растерялся народ. У нас ведь здесь не каждый день смертоубийства. Вот и кинулись. А тут еще у Егорыча ворота снесли...

– Ладно, что выросло, то выросло, – махнул рукой Гуров. – Ну-ка, есть тут, кто знает личность погибшего?

– Да его все тут знали, – сказал все тот же мужик и печально покивал. – С дорожной бригады это, Зарапин Григорий его зовут... Ну, то есть звали, конечно.

– Ясно, – заключил Гуров хмуро. – Значит, еще один выбыл из списка.

– Чего? – удивился мужик.

– Не важно, – ответил полковник.

Глава 9

В аэропорту их никто не встречал. Настроение у Романова и без того было прескверное, а столь вопиющий факт пренебрежения со стороны руководства привел его в бешенство.

– Подонки! – с ненавистью сказал он. – Скобари! Можно подумать, что журналисты моего уровня на дороге валяются! Хотят лишиться Сергея Романова? Они его лишатся!

Полина была настроена куда более миролюбиво и деловито. Щелкая клавишами мобильника, она спокойно заметила:

– Они просто перепутали время, Сергей Константинович! Или застряли в пробке. Сейчас все выяснится.

– Да не желаю я ничего выяснять! – неожиданно взорвался Романов. – Не же-ла-ю! Надоело! Пашешь на них, как лошадь, не жалеешь здоровья, жизнью рискуешь...

– Да уж! – хмыкнул добродушный оператор Слава Кобылкин. – Как нас в последний раз угостили в солдатской столовой, так это верный риск для жизни!

– Я в остроумии состязаться не собираюсь! – отрезал Романов. – Мне все надоело. Так и передайте разлюбезному начальству. А я беру такси и уезжаю. В конце концов, это лучше, чем ждать милостей от этих подонков!

– Серега! – умоляюще сказал Кобылкин. – Не психуй! Сейчас Полинка дозвонится, и все будет. Чего ты взбеленился? Все путем!

– У тебя всю жизнь все путем! – огрызнулся Романов и, резко дернув за ручку чемодан, зашагал прочь от терминала. – Видеть вас всех не могу!

Полина недоуменно посмотрела ему вслед.

– Чего это он?

– Не знаю, – пожал плечами Кобылкин. – Он в этой командировке будто с катушек слетел. Злится, орет, а в чем причина – непонятно. Знаешь, по-моему, он переработал.

– Мы все переработали, – бесстрастно произнесла Полина. – Ему-то чего орать? Он и так на всем готовеньком. Это я кручусь как пчелка, а он только сытой рожей торгует и претензии высказывает. Тоже мне звезда – подумаешь!

– Нет, ну все-таки у него харизма!.. – миролюбиво протянул Кобылкин. – Медийное лицо, как говорится.

– Так лицо или харизма? – с неожиданной ненавистью спросила Полина.

Злыми глазами она смотрела в ту сторону, куда ушел Романов. Слава Кобылкин засмеялся.

– Ты, Полинка, тоже сегодня как будто озверину выпила! – сказал он. – Что мне с вами со всеми делать прикажешь? Я ведь, между прочим, вместе с вами в командировке был. И тоже устал. Ты, давай, звони, а то холодно! Домой хочу!

– Это хорошо, когда домой хочется, – с прежними интонациями откликнулась Полина. – Мне вот совсем не хочется. Не ждет меня там никто, понимаешь? Пустые стены. Даже тараканов нет.

Она опять принялась с остервенением давить на кнопки телефона. Но потом вдруг сунула телефон в карман куртки, вскинула на плечо походную сумку на длинной ручке и, не сказав Кобылкину ни слова, очень быстро пошла куда-то.

– Э, постой! – закричал Слава. – Вы что, все чокнулись сегодня, что ли? Ты куда?

– Я на электричку, – не оборачиваясь, крикнула в ответ Полина.

– А я как же? – с отчаянием завопил Славик.

– Как хочешь, – безжалостно отозвалась Полина.

– Ну дурдом! – потрясенно сказал Славик и принялся озабоченно оглядываться по сторонам. – Этот-то где? Может, не уехал еще? Может, прошел бзик? Неохота одному добираться. Где же он?