Читаем Обрушившая мир (СИ) полностью

Вот Ишим здесь неплохо устроилась: оружие выдает, клинки точит, даже кухней заведует — словом, хозяйством занимается. Она успокаивающе прижимается к боку и обещает, что это пройдет. Я молчаливо соглашаюсь: пройдет. Когда-нибудь.

После особо неудачной битвы меня вышвыривают на площадку перед замком пять демонов. Я слишком устала для сопротивления, поэтому позволяю им пока тащить меня. Во дворе собрался уже весь отряд, ждут чего-то, скалятся. Посчитав, что я достаточно впечатлена, из толпы выходит демон. Обходит меня, щурит желтые глаза — кошачьи зрачки сжимаются-расширяются.

— Таких потерь в отряде никогда не было! — притворно-горестно восклицает он. Его актерскому таланту я не верю ни на грош. — Мы потеряли наших друзей из-за тебя! Их смерти на твоей совести!

Собравшаяся толпа волнуется, но издает одобряющий гул. Среди лиц я вижу мелькнувшую Ишим. Она примерно представляет, что сейчас будет, и не спешит останавливать. Похоже, ей тоже надоел этот балаган. Я изучаю взглядом выступающего демона, немного сбавляя градус его уверенности презрительной усмешкой. Воин мешкает: что же он сделал неправильно? Почему глупая девица не посыпает голову пеплом и не молит прощения на коленях? Улыбаюсь неоправданно широко, чувствуя кровь на разбитых в битве губах.

— Командиром, значит, недовольны? — интересуюсь я будничным тоном.

Подумав, оратор кивает, пользуясь одобрительным ворчанием со стороны толпы. Я тоже зеркально киваю несколько раз, делая вид, что выслушиваю каждого, подхожу ближе к демону осторожными скользящими шагами… и точно бью в корпус, пользуясь тем, что он снял доспех и стоит в одной рубахе. Демон не ожидает удара. От внезапной острой боли он падает на колени и тут же получает следующий удар — по лицу. Трясу саднящей рукой с костяшками, сбитыми заново в который уже раз, но продолжаю методично бить. Глаза демона заливает черная кровь, он хватает воздух ртом, сплевывая выбитый клык, и в итоге валится в пыль, униженно воя. Я стою над ним, распаленная короткой стычкой, в которой противник даже и не сопротивлялся. Песок пропитывается кровью, демон отхаркивается черными сгустками, скребя рукой. Словно ставя точку, я каблуком наступаю на дрожащую кисть и, будто этого мало, поворачиваю несколько раз. Демон, теряя последние остатки гордости, визжит, царапая песок.

Маниакально усмехаясь, я поворачиваюсь лицом к остальному отряду. За спиной моей светит солнце, бьет им в глаза, с правой руки на землю каплет кровь, а белоснежная когда-то рубашка потемнела от потеков чужой крови на груди, будто меня убили в самое сердце точным ударом. А я почти истерично смеюсь, сотрясаясь всем телом.

— Ну, кого еще не устраивает командир?

Напряженно молчат, пряча глаза. Небольшое представление убедило их в том, что лучше слушаться — целее будешь. А демоны быстро учатся, им два раза повторять не нужно.

— Старый командир… — раздается дрожащий голосок из последнего ряда солдат. Я не вижу лицо этого демона, но он прекрасно различает меня, видит страшный полусумасшедший оскал.

— А старый командир мертв, — отрезаю я.

Хотелось бы верить, что никто из присутствующих не вонзал ему кинжал в спину.

С этого начинается искренняя вражда отряда. Меня такое положение действительно устраивает: врагов терять легче, а привязываться здесь я ни к кому не хочу.

По прошествии недели ничего не меняется в плане распорядка дня и в плане отношений с демонами. Они по-прежнему провожают такими взглядами, словно готовы живьем сожрать, и это, в общих чертах, правда. Останавливает их прошлый предводитель революции, у которого синяки с лица все не сходят. И мой оскал, явственно предвещающий любому неверному печальную кончину. Хотя ненавидят, боятся смертельно.

— Вконец эта Падшая обнаглела… — слышу я шепотки в коридорах холодного замка. После долгих битв мне сражаться еще и с ними не хочется.

Они видят и бесятся еще сильней. А поскольку устроить новую драку со мной не выходит — берегу силы для более серьезных противников, — солдаты умудряются отыгрываться на ком-нибудь другом, кто послабее и по зубам так лихо дать не может. Я только после об этом догадываюсь, становясь свидетелем удивительного действа.

Внутренний двор служит чем-то вроде места для отдыха, где можно размяться и к битве подготовиться. По большей части наши демоны слишком азартны, так что пари вроде «кто сильнее» — не редкость, и во дворе практически круглосуточно звенят сталью и раздаются распаленные дракой крики. Благодаря этому явлению я перестаю обращать внимание на то, что творится.

Если бы это был рядовой поединок, он бы уже завершился. Один из демонов падает, теряет меч, но это его противника не останавливает, он продолжает методично избивать. Быстрым взглядом я определяю, что несчастный — парнишка моложе Ишим, а кулак заносит закаленный в боях воин. Демоненок тщетно пытается отбить, но в итоге все равно получает сильный удар в корпус. Воет от боли.

— Что здесь происходит? — не выдерживаю я.