Читаем Обрушившая мир (СИ) полностью

А взгляд ничуть не торжествующий. На меня смотрит забившаяся в угол жертва. Он понимает, что обречен, понимает, что сыграл на слишком высоких ставках и с треском провалился. Понимает, но все равно огрызается, плюется ядом, вцепляясь когтями в надежду, одновременно и убивая ее.

— Ты знаешь, что с тобой будет?

Он щерится в ответ, немыслимым образом изгибаясь в позвоночнике. Я морщусь: не люблю все эти фокусы, но на самом деле выигрываю нам обоим время. Представить не могу, что делать со сбежавшим из Ада злым духом. Демона бы надлежало сдать кому-нибудь из Высших, но вот обычного грешника…

Ройс предлагает убить. Ройс сам, в общем-то, понимает, что, если бы не работа, он тоже дошел бы до ручки и вырвался из Преисподней однажды. Потому и не хочет видеть эту неудачную, искаженную пародию.

Я оглядываюсь на Ишим. Она, пусть и являясь демоном, не любит насилия, не любит, когда я его творю. Как-то она сказала, что боится меня такую — с мечом, сверкающими глазами и дрожащими за спиной крыльями. Я иногда сама ненавижу себя такую, но измениться не могу — иначе ничего у меня не останется.

Парень закрывает глаза. Кто сказал, что в темноте легче умирать? Но ему, наверное, виднее, ведь второй раз, только теперь не будет Ада, демонов и въевшегося в кожу серного запаха. Там вообще ничего не будет.

Эта мысль меня останавливает, и я резко убираю меч в ножны. Одержимый настороженно смотрит, думая, что я затеяла нечто худшее. Ишим уже поняла план.

— Быстрее, у нас еще дела, — тороплю я, а сама отворачиваюсь.

Ей так легче. Я знаю, что демоница запускает когти в самую душу человека, выцарапывая из него адского духа. Это требует сильнейшей концентрации, но мысль поддержать Ишим словами или каким-нибудь дружеским жестом не кажется мне удачной. Чтобы отвлечься, я представляю, как швырну сбежавшего грешника к подножию трона Люцифера и уйду, стараюсь не воображать, что будет с ним после. Милосердием Сатана не отличается, так что дух вряд ли выживет, но я свою работу выполню.

Ишим незаметно исчезает вместе с духом, покорно идущим за ней, и я понимаю, что мечты мечтами и останутся, и мне не доведется с ноги распахнуть дверь в главный зал Дворца. Что же, оно и к лучшему, наверное.

Мы с Ройсом рассматриваем бессознательного человека. Кажется, тело к нему уже вернулось, а воспоминаний о духе не осталось. Я первой выхожу из комнаты, в которой стало заметно светлее, и тут же сталкиваюсь с полноватой девушкой. Она нас явно видит — ведьма, значит. Скорее всего, духа магия привлекла, а пострадал ее этот… парень.

— Демон ушел? — испуганно спрашивает она.

— Это человек был. Призрак, если так легче.

Ведьма испуганно пятится от Ройса. Тот устало вздыхает, но молчит: привык уже. Мне же остается лишь молчаливо сочувствовать ему.

— А вы тогда кто? — недоверчиво спрашивает она. Несколько запоздало, ведь мы втроем без проблем просто вломились в квартиру, указанную Самаэлем.

— Ангел Божий я.

В доказательство я любезно предъявляю обожженные крылья: при переходе достал какой-то ангел с огненным мечом. Девушка тут же падает на колени, бормоча что-то неразборчивое себе под нос. Ройса не воротит, значит, не молитва, а скорее проклятие. Прислушиваться у меня настроения нет.

Мы быстро оказываемся на улице, практически убегая из тесной квартирки. Дух тяжело дышит, имитируя жизнь старой привычкой, и, я уверена, у него лицо не покалывает от холода.

— Почему они такие, а?

Я не сразу понимаю, о ком именно спрашивает Ройс.

— Эти духи. Вроде бы нормальные люди, если забыть, что мертвые, а так хотят получить чужое тело, урвать немножко еще жизни. И как получат тело… Хрипы эти, безумный взгляд, пена у рта… Как будто «Изгоняющего Дьявола» насмотрелись.

— А сам никогда не хотел попробовать? — спрашиваю я небрежно, но сама нетерпеливо жду ответа.

Ройс медлит, но отрицательно качает головой в конце концов. Я устало вздыхаю: все с ним понятно. Дай Ройсу волю, и в следующий раз придется вытаскивать из смертного не какого-то там грешника, а моего старого друга. Почему их так тянет к смертным, не может объяснить никто, но мне почти больно смотреть, как Ройс всегда отходит подальше от смертных, чтобы не поддаться ненароком соблазну.

— Ничего такого с тобой не случится, — зачем-то утверждаю я. Ройс усмехается.

— Тебе хорошо говорить. Ты самому Люциферу служишь, а я кто? Так, никому не нужный дух на побегушках.

— Ты нам нужен. Мне, Ишим, Нат, Рахаб, Самаэлю даже, мы ж его работу выполняем, все подбираем для Последней Войны. А тело — не такая уж большая потеря.

Люди имеют достаточно богатое воображение и считают, что демоны могут вселяться в людей. У них, как и у ангелов, есть свои собственные тела, и необходимости занимать чужое нет. А вот духи как раз любят подселиться к кому-нибудь, но мало кто может сохранять рассудок в чужом теле. Им сразу же сносит крышу.