Читаем Новая эпоха полностью

— Ненавидят или боятся потусторонних с такой силой, что не могут допустить даже мысли, что с ними можно сосуществовать. Есть ещё одна категория, которую Баба-Яга вообще из Вырая не выпускает в нашей точке выхода, а переправляет дальше куда-нибудь. Сама понимаешь — бандиты, психи и прочие подарочки. Очень удобно.

— А чем вы ей зарплату начисляете? — В мыслях всплыла печь, и девушку поразила не очень приятная догадка.

Но получить ответ на вопрос не вышло — от ближайшего хуторского дома спешила невысокая уютная женщина в жёлтом сарафане.

— О, а вот и тётя Лена. Хороший человек, между прочим, мать, отец, сестра и брат для новичков. А я пойду — дядя Володя один там, волнуюсь, как бы чего не вышло. — Глеб сделал вид, что не слышал последнего вопроса, уверил, что они обязательно ещё встретятся, помахал рукой Елене, развернулся и поспешил к напарнику.

* * *

Буслова оказалась энергичной, говорливой женщиной лет шестидесяти. Пока шли к хутору, Елена, не переставая, причитала о жуткой худобе гостьи и малому количеству её пожитков. На жёлтый пропуск глянула лишь мельком, заявив, что раз уж Соня добралась до её «Счастливого бусла», значит, всё в порядке.

На хуторе имелось только одно двухэтажное здание — с большими окнами, свежей краской на стенах и крытой верандой перед входом. Все остальные строения оказались одноэтажными.

— Первые пару дней, пока не освоишься, приходи кушать сюда. А так в каждой хате есть кухня — мультиварка или микроволновка плюс печка. — Елена говорила деловитым тоном, но всё так же торопливо. — Сейчас зайдёшь в медпункт, пусть Илона тебя обследует. Потом баня — вон, за беседкой, видишь? Мы как раз растопили. А затем вернёшься ко мне, и продолжим.

— Баня? — Растерялась Софья. — Но я не знаю, как там всё, и вообще… — Хромушка до Катастрофы была исконной городской жительницей и даже приблизительно не представляла, как всё устроено в деревенской помывочной. Что уж говорить о последних годах, когда приходилось мыться во дворе, используя малюсенькое количество воды.

— Не переживай. Не ты первая, не ты последняя. — Женщина улыбнулась, собрав в лучики морщины вокруг глаз. — Я внучку свою на помощь пришлю. А сейчас иди на первый этаж, к медсестре.

И Соня покорно похромала в двухэтажное здание, недоумевая, зачем ей медосмотр.

* * *

Круглолицей Илоне было не больше восемнадцати. Девушка тоже оказалась приветливой, но не такой болтливой, как Буслова.

— Здравствуй, присаживайся. Жалобы есть?

Жалоб не было. Но это не убедило облачённого в белый халат юного медика, и осмотр всё-таки состоялся. Результаты девчонка методично записывала.

Температура, давление оказались в норме. Частота сердечных сокращений была повышена, но в пределах разумного.

— Понятное дело, ты стресс испытываешь. — Деловито сообщила медсестра, а потом спросила делано равнодушно: — Хромота врождённая или приобретённая?

— Приобретённая.

— Подробней, пожалуйста, Софья Петровна. Мы ведь первичный анамнез собираем.

«Первичный анамнез» девушка произнесла таким важным тоном, что Хромушка поняла — Илона совсем недавно занимает эту должность, и она ей безумно нравится.

Кривицкая стала рассказывать об обстоятельствах получения травмы. В какой-то момент медсестричка даже отложила карандаш и забыла о своей работе. Она охала и ахала, качала головой, а когда услышала о гибели родных Софьи, искренне и громко разрыдалась. Соня испугалась — она не ожидала такой реакции, поэтому скомкано закончила рассказ и замолчала.

Отрыдавшись, Илоночка, хлюпая носом, продолжила работу. И посыпались диагнозы: истощение, педикулёз, чесотка…

— Не переживай. Редко кто приходит без этих проблем. Скажи спасибо, что цинги нет. — Илона пошарила в тумбочке у стола, достала пол-литровую стеклянную банку, заполненную грязно-коричневой субстанцией. — В бане, перед тем, как мыться, намажешь этим голову, да не поленись в кожу хорошенько втереть. А этим, — девушка вытащила другую банку, с желтоватой мазью — тело. Посидишь в парилке пятнадцать минут и спокойно мойся. Я ещё и Людке объясню, чтобы проконтролировала.

Илона напротив «педикулёза» и «чесотки» записала: «обработано» и отпустила пациентку.

* * *

Людкой оказалась девчушка лет восьми. Она поставила Хромушку перед фактом того, что одежду не вернут. И ту, что в корзинке, тоже.

— Сожжём, вы же вшивая. Но не бойтесь, в предбаннике лежит халат, а в хате шкаф с одеждой стоит — майки, штаны всякие… Если размера вашего не будет, потом сходите к дяде Семашко, он на складе что-нибудь найдёт нормальное. Или перешьёте — много у кого машинки швейные в хатах есть, помогут. Или руками. Я научу, если хотите.

Баня оказалась новым испытанием. Девочка очень ловко управлялась с веником, и Хромушка из парилки еле выползла. Тело вело себя странно — оно было безумно уставшим и прекрасно отдохнувшим одновременно.

— Вы к бабуле зайдите, она вас покормит и ключ от хаты даст! — Крикнула вдогонку Людочка.

Есть хотелось сильно, но Соня сразу в главный дом не пошла, а завернула в деревянную беседку, рухнула на сиденье и попыталась собрать разбежавшиеся мысли в кучу.