— Ну, хватит, Марьяна… Я ведь извинился… Все договоренности в силе… — примирительно произнес он, протягивая руку, чтобы наконец так запоздало открыть перед ней дверь переднего пассажирского сидения. Девушка метнулась от него в сторону, ожидая какого-то подвоха и вызывая очередной смешок у мужчины. Никита распахнул дверь и еще раз прошелся по ней похабным взглядом. — Ты бы привела себя в порядок. Продует…

Марьяна ошарашенно опустила голову, вдруг заметив свой видок. Ее дрожащие пальчики принялись невпопад застегивать пуговицы и поправлять мятую ткань, затем растерянно прошлись по распущенным волосам.

— Даже не думай здесь ко мне прикасаться! — прошипела она, боясь приближаться к машине, пока там стоял вампир. — И вообще — отойди!

— Как скажешь… — Никита примирительно поднял руки ладонями вверх, потому что больше не собирался упорствовать и издеваться. Он послушно обошел джип спереди и спокойно уселся на свое место, дожидаясь, пока его вкусная спутница будет готова ехать к нему домой, чтобы там он мог насладиться ей в полной мере и без свидетелей. На самом деле, он и сейчас удерживал ее на коротком поводке, едва заметно маня зовом. Она была на грани истерики. В таком состоянии она могла послать его куда подальше и уйти, а устраивать тут сценку с борьбой и насильным заталкиванием ее на заднее сидение не входило в его планы. Стоило ей усесться рядом и устало откинуться на спинку кресла, он защелкнул все замки и отпустил ее сознание. Угрызения совести снова царапнули где-то в груди, но он мысленно махнул на них рукой, особенно когда бросил короткий взгляд на эти голые, сведенные вместе коленки, крепко сцепленные на груди руки, надутые губки и взлохмаченные волосы. Лучше ему вообще не смотреть в ее сторону, пока они не доедут, иначе то, что он начал на улице, продолжится в машине. Только на этот раз он все-таки ее трахнет.

ГЛАВА 20

Они ехали молча, пока ему это не надоело.

— Не замерзла? — учтиво поинтересовался Никита.

— Нет, — последовал короткий и сердитый ответ.

— Правда… прости… — снова начал он, чувствуя, что просто так все не забудется. — Ты права — я эгоист… и все-таки не человек… Боюсь, тебе не следует всегда ожидать от меня джентльменского поведения… Я…

— Неужели тебе самому не интересно, что о тебе думают девушки на самом деле? — вскипела она с новой силой, перебив его на полуслове. — Что, боишься правду услышать, поэтому всех гипнотизируешь? Или догадываешься, что никто не пойдет в твой ужасный особняк по доброй воле?

Эти слова уже прозвучали более обидно, однако, ничуть не удивили, потому что были справедливы. Да — ему было плевать на мнение еды. По сути единственное, о чем он пекся, это самоконтроль и безопасность. Он не хотел убивать, хотя мог в любой момент сорваться, поэтому предпочитал, чтобы все происходило под его контролем. Настоящая охота с запугиванием, с выпусканием на свободу дикого зверя, могла закончиться плачевно, поэтому разумнее было прятать чудовище за личиной цивилизованного человека.

— Мне нравится мой дом, — лишь сказал он вслух с мягкой улыбкой. — И заброшенный парк тоже. Звуки, запахи и беготня города отвлекают, а подчас и сводят с ума. У вампиров обостренные органы чувств. Мне нужна тишина и покой. Чтобы никто не беспокоил и не отвлекал.

Девушка притихла на полминуты. Видимо, размышляла.

— Значит, и сейфовые двери для этого? И замурованные окна тоже?

— И полная звукоизоляция… — подтвердил Никита. — Плюс хорошая система вентиляции и кондиционирования… Только так можно спокойно уснуть. Если верить древним источникам, первобытные вампиры жили в лабиринтах темных пещер под землей и выходили на охоту только по ночам.

Она нахмурилась, бросив на него короткий недоверчивый взгляд.

— Как летучие мыши? — вполне серьезно уточнила Марьяна.

— Вроде того, — хмыкнул молодой человек.

— И сейчас все вампиры живут в замурованных домах и днем не выходят?

На этом вопросе Никита вдруг догадался, что ее интерес к вампирам связан вовсе не с его особой. Ее интересовало будущее сестры. Что ж — это было разумно.

— Сейчас многие живут обычной жизнью, — охотно ответил он. — Колют какую-то химию, пьют препараты, используют защитные кремы. Солнечный свет быстро разрушает кожные покровы вампира и может лишить зрения… Хотя еще на живой крови можно сносно продержаться… Только для этого нужен донор под рукой… а лучше не один… Но вообще это рискованно и малоприятно. Впрочем, многие рискуют и не жалуются.

— Значит, ты все-таки добровольно себя изолировал, — произнесла она таким тоном, будто вывела его на чистую воду.

— Я ретроград… — не стал возражать он.

— Тебе точно лет двести…

— Хорошо, если не пятьсот…

— Думаешь, в таком случае вспомнить все было бы… не тяжело? Я даже представить не могу, как можно жить с таким грузом воспоминаний…

— Пока не знаю… Но, говорят, древние — самые одинокие и изолированные от общества существа на земле. Что-то типа тибетских монахов-отшельников… а, может, даже что-то вроде антарктических микробов, живущих в озерах под километрами льда…