— Ты просто тварь! Чудовище! Беспринципная сволочь! — выкрикивала она, бессильно наблюдая, как Виктор подбирает чье-то брошенное ружье и проверяет его заряд и исправность. — Ее теперь поймают из-за тебя! Она перебьет кучу народу и сама погибнет!

— А ты о чем думала, когда затеяла все это?! — обвинительно ткнул он в нее пальцем. — Разве не любой ценой была готова ее спасти?! Ведь именно это вы собирались провернуть со своим вампиром?! — Мужчина замахнулся было на застывшую перед ним девушку, но она не отпрянула, даже не вздрогнула. Напротив, ее глаза горели такой ненавистью и уверенностью в собственной правоте, что он невольно сжал занесенную руку в кулак и опустил, сдерживая рвущийся наружу вопль злости, разочарованно качнул головой и уверенным быстрым шагом направился по коридору, вслед за убежавшей охраной и вампиркой.

Чтобы поспеть за ним, Марьяне пришлось почти бежать.

— Он не допустил бы этого… Он обещал! Он смог бы ее остановить! — сыпала она ему в спину, задыхаясь и одновременно умирая от страха. — Ты должен его выпустить! Только он ее остановит!

— Что?! — злорадно выплюнул Виктор и вдруг остановился, развернувшись к ней и толкнув ее в сторону. — Я ее остановлю! Снова привезу сюда, запру в этой гребаной комнате и буду держать здесь, пока сам не обращусь! Мне больше терять нечего, Марьяна… Эти сучьи кровососы перебили почти всех моих людей! А вот твой вампир… он сдох несколько часов назад! Неужели ты думала, что я оставлю его в живых после всего, что он сотворил?!

Страшные слова ржавым лезвием прошлись по живому, заставив задохнуться.

— Н-нет… — беззвучно прошептала она, чувствуя, как пол уходит из-под ног, отступая и пытаясь осознать услышанное. Все тело как-то вдруг ослабло. Она уперлась спиной в стену и вдруг осела, будто душа вмиг покинула физическое тело, сделав его пустым, безвольным, бессмысленным, будто ватным.

Барон стоял над ней, вздернув подбородок и глядя на нее сверху вниз с презрением.

— Так и не поняла?! Я ведь мог бы не выпускать тебя из той палаты… Она бы никогда сама оттуда не выбралась… Но я, блядь, зачем-то решил тебя спасать…

— Виктор… п-пожалуйста… она сейчас не понимает, что творит… ее нельзя было обращать, потому что она еще ребенок… Дети-вампиры бывают одержимы… просто другого выхода не было…

Нависающий над ней мужчина грозно нахмурился.

— И ты только сейчас мне об этом говоришь?!

Виктор презрительно плюнул в сторону, развернулся и зашагал по коридору, а Марьяна закрыла лицо руками и уткнулась в согнутые колени. Плечи начали содрогаться от рыданий, время потеряло всякую меру и смысл, отчаяние накрыло с головой. Кажется, мимо нее иногда проходили люди — то ли охрана, то ли еще кто-то из персонала… Двое протащили на носилках третьего, должно быть, раненого… Барон, видимо, никому не оставил никаких предписаний в отношении нее, поэтому на нее просто не обращали внимание… Когда кто-то окликнул ее по имени, она вздрогнула и подняла заплаканное лицо.

— Марьяна… С тобой все порядке? — спросил склонившийся над ней Владимир. Он, кажется, спешил, но проигнорировать ее не мог. Девушка подняла на него замутненный слезами взгляд, толком ничего не соображая.

— Д-да… В-все нормально… — с усилием выдохнула она.

— Тебе что-нибудь нужно? Ты не ранена?

— Нет… я только… — она задохнулась от очередного всхлипа, после которого все внутри в который раз ухнуло в жерло вулкана и превратилось в пепел от осознания творящегося в ее жизни кошмара. — М-могу я увидеть Никиту?

Владимир устало ссутулился и вздохнул. К тому же кто-то позвал его, и он нервно оглянулся, но затем вновь обратил лицо к Марьяне.

— Извини, но он… — неуверенно начал док, пытаясь подобрать правильные слова, но девушка его перебила.

— Я знаю… Я просто хотела увидеть его…

Врач отвел глаза и отвернулся, размышляя несколько секунд над ее просьбой.

— Хорошо. Пошли, — бросил он наконец через плечо и пошел куда-то по коридору. Марьяна кое-как поднялась, совсем не чувствуя в себе сил, чтобы идти, и поплелась за ним, вся содрогаясь от того, что ей предстояло пережить.

ГЛАВА 34

Барон вышел на улицу через задний вход дома и огляделся. Снаружи лил дождь, пасмурное утро заволокло весь окружающий пейзаж тучами, не оставив ни единого просвета. В доме царил полный хаос, но ему было плевать… уже плевать… после того, как он принял очередную дозу. Сознание очистилось, все чувства обострились, сомнения и страхи отступили. Теперь он был готов к чему угодно — вселенная вращалась вокруг него и ждала, когда он начнет отдавать приказания… С какой-то сюрреалистической ясностью он вдруг понял, что терять ему больше нечего, да и возвращаться может оказаться некуда. Его дом, его крепость, превратили в кладбище изуродованных трупов, и никакие связи не помогут ему выйти чистым из той скотобойни, что ему здесь устроили за последние дни. Что ж… даже это сейчас не казалось концом всему. Он выкрутится как-нибудь. В сущности, когда он обретет бессмертие и все эти гребаные способности, все будет видеться совсем в другом свете. Он тогда сам станет зверем, а не потенциальной жертвой.