Читаем Ночной пленник полностью

Марьяна понятия не имела, сколько времени провела под душем. Выходить не хотелось, тем более что здесь она находилась под замком… хоть какое-то ощущение пусть временной и мнимой, но все же безопасности… Но снаружи вдруг послышался какой-то шум. Сердце вновь пустилось вскачь. Она оставила включенным кран над раковиной, судорожно схватилась за полотенце, вытерлась насухо, плотно закуталась в здоровенный махровый халат и замерла, прижавшись спиной к стене рядом с дверью и прислушиваясь. В комнате, кажется, гремели посудой. Может быть, всего лишь принесли обед. Через какое-то время она услышала звук закрывающейся двери и щелчок замка, а потом все стихло. Ей понадобилось минуты две, чтобы собраться с духом и осторожно высунуться наружу. Комната вновь была пуста, но на небольшом круглом столике действительно появились какие-то блюда. Голод скрутил желудок. Док за несколько дней ее заточения в подвале смог передать ей немного печенья, шоколад, пакетик орешков и еще давал воду, но нельзя было сказать, что этого было достаточно. Сейчас, почувствовав запах еды, она чуть не заплакала и тут же бросилась к тарелкам и приборам. Какой-то нежный крем-суп, картофельное пюре, тушеные фрикадельки в соусе, которые таяли во рту… кажется, кто-то позаботился о том, чтобы блюда были парные и диетические… А еще на десерт ее ждало теплое молоко и свежеиспеченное печенье… Может быть, измучив ее голодом и принуждением спать на голом полу, он рассчитывал, что теперь ее можно будет купить за еду и мягкую постель? Пожалуй, это было на него очень похоже…

Утолив первый голод, Марьяна вдруг почувствовала, что у нее больше кусок в горло не лезет… а еще вместе с сытостью навалилась невыносимая усталость… Она еле добралась до кровати и, не снимая покрывала, забралась под одеяло прямо в халате, свернулась калачиком на пока еще холодных простынях и закрыла глаза. В жизни она не чувствовала себя так одиноко, как в последние дни… Когда-то ее касались маленькие несчастья, которые она невольно раздувала до вселенских масштабов, проливая океан пустых слез, но сейчас горе и безысходность казались по-истине бескрайними… Что будет с сестрой после обращения, учитывая предупреждения Ника?! Что будет с Ником, учитывая настрой Барона?! И что сейчас происходит с родителями, вдруг лишившимися обеих дочерей?! Может быть, они догадаются, что обе они пропали одновременно не случайно… Может быть, обратятся в полицию и найдут какой-то след… Но можно ли было всерьез на это рассчитывать?! Едва ли… Виктор не действовал бы так нахально и бесстрашно, если бы не чувствовал безнаказанности… Скорее всего, он творил вещи и пострашнее, но никогда не попадался, ведь он сам говорил, что у него везде свои люди…

Девушка никак не могла согреться. Пустота внутри тоже казалась холодной, ледяной, бездонной… Скорее бы уснуть и не чувствовать всего этого… И как бы научиться не думать ни о чем… Она зажмурилась, вся сжавшись в пружину, когда разума вдруг коснулось нечто теплое, ласковое, волнующее… Зов Ника она теперь ни с чем не могла перепутать… в нем виделась его соблазнительная, всегда чуть насмешливая улыбка, чувствовались его порочные горячие поцелуи, слышался его обжигающий, щекочущий кожу шепот, а нежные, откровенные слова, казалось, проникали под кожу и вливались в вены. Марьяна задышала чаще, ощущая, как жар охватил все тело, лаская вездесущими пламенными языками… Эта сладкая пытка наложилась на воспоминания о его руках, его губах, его пожирающем и приказывающем взгляде… Значит, он все-таки жив!

— Ник… — едва слышно отозвалась она на его призыв и улыбнулась, расслабляясь и согреваясь. Казалось, что он был везде, что он был рядом, что он обнимал, защищая ото всего дурного и опасного. Как же хотелось прикоснуться к его горячей коже вместо этих холодных шелковых простыней… Но теперь это не имело значения, ведь его голос пел у нее в голове так сладко и так ласково, что мир больше не казался уродливым, полным боли и несправедливости кривым зеркалом, отражающим то, что было у нее на душе. Улыбаясь и слушая этот голос, она уснула крепким здоровым сном, в котором видела его и себя. Он целовал ее с ног до головы, вылизывая, посасывая и чуть прихватывая зубами кожу, а она таяла и млела, а еще… она пила его кровь и давала ему свою…

Утром в комнату постучали. Марьяна подскочила на постели, судорожно кутаясь в одеяло, но тут же расслабилась, увидев, что ей всего лишь принесли завтрак. Блюда, чашки, приборы расставили и разложили на столике, а незнакомая ей горничная молча удалилась, заперев за собой дверь на ключ.