Читаем Ночной пленник полностью

Владимир вышел из дома, сел на один из диванов на террасе и закурил. От этого подвала у него уже голова шла кругом. Не то чтобы он до этого был слишком избалован хорошими условиями на работе, захолустная больница, в которой он начинал свою практику, была той еще дырой, но все же там были окна… облезлые, кое-где перекошенные и со сломанными ручками, но все же окна, а через них шел свет и воздух, и это было главным. Подвал же устойчиво ассоциировался у него с моргом… Не хотелось бы, чтобы к моргу добавились еще и реальные трупы. Он прекрасно понимал, что значит работать на такого, как Виктор Баронин, но, черт возьми, все же не мог предвидеть, что придется ставить эксперименты над больной девочкой и тем более какой-то неведомой тварью, которая почему-то оставалась жива, потеряв три литра крови за несколько дней… А еще ему было до усрачки страшно находиться рядом с ним… Несмотря на все эти оковы, ощущение было такое, будто они не имеют никакого значения… Чудовище просто не возражало, что с ним проделывают все это… Оно страдало, но терпело… А еще оно говорило с ним, когда приходило в себя, приказывало, а он выполнял… Кто гарантирует, что он сможет отказать, если он потребует принести себя ему в жертву?! По спине прошелся тошнотворный озноб. Владимир затянулся в последний раз, затушил сигарету прямо о деревянный подлокотник дивана, оставил там же и уже собрался возвращаться на свой пост, когда увидел выходящего из дома Виктора со здоровенным ружьем в правой руке.

— А… док… Прохлаждаешься… — как-то неопределенно произнес босс, так что даже не было понятно, зол он или просто серьезен. К тому же его глаза сейчас закрывали темные и непроницаемые солнечные очки. Ни дать ни взять — злой полицейский.

— Извините… Там дышать почти нечем… С вентиляцией беда… — поспешил оправдаться Владимир.

— Понимаю… Но, если честно, мне посрать. За те бабки, что я тебе плачу, мог бы и не пиздеть.

— Я не о себе беспокоюсь… Девочке лучше бы…

— Ты че, возомнил себя главврачом частной больнички, да? Может, у нас еще роз в вазочках не хватает на подоконниках?

— Цветы тоже не помешали бы… Она… ей там одиноко и страшно…

— Ну так уколи ей что-нибудь для настроения. Ты же в этом сечешь, а не я…

— Но… она вас вообще-то снова хотела видеть… и сестру… Ей значительно лучше, но она подавлена… поддержка и общение в такой ситуации ей точно не помешают.

Какое-то время Виктор стоял напротив, продолжая молча смотреть ему в лицо, может быть, даже в глаза. Ружье в его руке сейчас выглядело довольно устрашающе, тем более что Владимир очень хорошо представлял себе, чего можно ожидать от этого типа.

— Ладно… ладно… Понял… — не выдержал больше напряжения врач и отступил, примирительно выставляя вперед ладони. Виктор, кажется, снова был не в духе, и трогать его сейчас означало продолжать играть с огнем. Оба они почти одновременно развернулись, чтобы разойтись каждый своей дорогой, но только Барон вдруг остановился и окликнул врача.

— Эй, док… Как там вторая девчонка? Старшая сестричка… Ты же в курсе…

Владимир сглотнул. Отпираться смысла не имело, поэтому он осторожно обернулся, не веря своим ушам.

— Марьяна? — Все это время он пытался подобрать момент, когда он смог бы поговорить о ней, но никак не решался. Барон рвал и метал, весь был на нервах и напоминать о еще одной жертве и пленнице казалось совершенно неразумным. Босс кивнул на его вопрос и остановился, на этот раз сняв очки и сканируя своего подчиненного холодным змеиным взглядом с прищуром. Кажется, его зрачки были неестественно расширены. — Она… — замялся док. — Если честно, ее лучше перевести в другое помещение… — наконец выдал он на одном дыхании.

— Думал, я не знаю, что ты водишь ее в туалет и таскаешь ей воду и еду? Или думал, я понятия не имею, что происходит под крышей моего дома? — голос Виктора опять звучал неопределенно, но скорее угрожающе холодно.

— Я… я… не мог иначе… — почти жалобно начал оправдываться Владимир, сам себя ненавидя за этот поднимающийся внутри страх. — Она бы давно умерла там, если бы…

— А тебе, конечно, до всего есть дело… — язвительно заметил его собеседник с ружьем.

— Это моя обязанность — оказывать помощь людям, — попытался ответить Владимир как можно тверже.

Виктор хмыкнул.

— Ну да. За это я тебе и плачу… чтобы никто тут не сдох раньше времени.

Владимир растерянно раскрыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но босс, похоже, больше не собирался продолжать этот разговор, он просто развернулся и направился в сторону леса по садовой дорожке. Возможно, сейчас был тот самый момент, когда можно было действовать, и другого шанса больше не будет.

— Разрешите перевести ее… — слабо выдавил из себя медик, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

— Уже сделано, — холодно отчеканил Барон. — Но если еще будешь крутить что-нибудь у меня за спиной, я тебя лично повешу.