Читаем Ночной пленник полностью

Никита смерил стоящего перед ним вампира надменным взглядом.

— Я смотрю, роль слуги тебе еще не приелась…

Всего лишь на миг он почувствовал в нем вспышку ярости и вызов, но эти чувства быстро улеглись. Вышколенный метрдотель учтиво склонил голову, будто поддерживая светскую беседу.

— Вы правы. Я люблю и уважаю свою работу. Отнеситесь и вы с уважением к правилам нашего заведения. Вы не имеете клубной карты и не имеете рекомендации и поручительства одного из действующих членов. Вход в наш клуб для вас находится под запретом. Если Алексей Владимирович посчитает нужным вас принять, буду рад вам помочь.

Никита выслушал эту пафосную речь с откровенным безразличием, глядя в глаза молодого человека пустым, ничего не выражающим взглядом, затем решительно обошел его, слегка задев плечом и невозмутимо направился к лифтам. Сейчас ощущение было такое, будто он ушел отсюда только вчера. Ничего не поменялось в этом месте, ни нравы, ни атмосфера, ни правила. Поменялся только он сам. Ему стало плевать на все, что он здесь видел.

— Боюсь, мне придется принять меры, — прозвучал из-за спины тот же холодный, но по-прежнему учтивый голос.

— А ты не бойся, — бросил Ник, не оборачиваясь, слушая, как собственные шаги отдаются эхом в огромном мраморном зале и звоном в миллионах хрустальных капель, свисающих с люстр.

Спокойно добравшись до лифта, он нажал на кнопку вызова. Стеклянные двери разъехались, впуская его внутрь. Ник зашел в кабину. Ничего не произошло. Пока. Что его ожидало, он прекрасно знал и потому не боялся. Просто внутренне поморщился, готовясь к малоприятной и, скорее всего, болезненной встрече. Он нажал на седьмой этаж и вышел в пустой холл, такой же белоснежный и сверкающий, как и внизу, но поменьше. Отличие также состояло в том, что пустота была кажущейся. Здесь его уже ждали, и теперь у него был всего один шанс доказать, что он достоин того, чтобы его выслушали. Чувствуя подступающих со всех сторон, но пока невидимых противников, он, тем не менее, повернул в нужную ему сторону и направился через холл к коридору, ведущему к кабинету бывшего босса.

За спиной вдруг послышались шаги, чужая аура, чужое ровное сердцебиение, запах опасности и смерти. Этого типа он помнил хорошо и, не поворачивая корпуса, обернулся через плечо, замерев на месте.

— Никита… — приветственно улыбнулся ему неслышно вышедший из какой-то двери молодой парень в белом костюме. Не слишком высокий, с виду даже хрупкий, юный и очень пафосный мальчишка, почти подросток. Говорят, его обратили в девятнадцать лет, и в нем еще осталось бы много подростковой дикости, если бы не суровые тренировки и аутотренинги. Сколько Ник себя помнил, он всегда был личным телохранителем главного, потому что был одним из лучших. Похоже, и сейчас ничего не поменялось. В этом фешенебельном заведении, видимо, все оставалось неизменным, независимо от того, что творилось за его дверьми. Когда-то Алекс рассказывал ему, какие трагедии разворачивались у него на глазах, на улице за окнами отеля, например, во времена революции, но и тогда он устоял. Сейчас один из лучших известных ему бойцов этого места приближался к нему сзади неторопливой походочкой, с виду не вооруженный, но по-настоящему смертоносный как всегда. — Хотел бы сказать, что рад тебя видеть после стольких лет, но при данных обстоятельствах не могу, — продолжил юноша не слишком-то учтиво. — Ты знаешь наши правила… Однако, если все же рассчитываешь на аудиенцию, могу замолвить за тебя словечко.

— Обойдусь без твоей протекции, Дим… — равнодушно ответил Ник, тем не менее, позволяя парню приблизиться.

— Не тебе на меня обижаться… Две победы из трех — твои, так что как всегда прими мое искреннее восхищение. Правда, с тех пор уже минуло столько лет… Говорят, книжным червям не так-то просто поддерживать себя в форме. — В словах звучала неприкрытая ирония и вызов.

— Ты ведь понимаешь, что я все равно его увижу? К чему эта болтовня? — хладнокровно проигнорировал хамство Ник.

— Возможно, просто хочу тебя предостеречь. По дружбе… — На мальчишеских губах расцвела коварная ухмылка, а правая рука телохранителя легла Никите на левое плечо, спокойно, хоть и тяжело. Жест, вроде бы, не предвещал агрессии, но, скорее всего, был отвлекающим. Вампир почувствовал движение со всех сторон одновременно и молниеносным рывком перехватил кисть противника, сжимая ее поперек и ломая кости в крошево, а затем выкручивая руку в болевом приеме и заставляя мужчину согнуться пополам и упасть на одно колено к его ногам. Дмитрий издал рык боли и злобы, кое-как поднимаясь и отступая в сторону. Конечно, он предвидел это, и, безусловно, оба понимали, что это не конец, а лишь начало.