Читаем Ночь накануне полностью

- А вот здесь все становится немного запутанным. Первая положительная встречается часто. Особенно на генеалогическом древе семьи Монтгомери. Почти каждый член семьи, начиная с бабушки и заканчивая умершим малышом, имел первую положительную, и я уверена, что большая часть жителей Саванны тоже. Но мы можем провести анализ на ДНК, это чуточку сузит область поисков.

- Мы проверим кровь на совпадение с каждым, кто связан с жертвой. Ты заказала анализ?

- М-м-м-м. Видишь ли… все, что нам нужно – что-нибудь от миссис Бандо: волос или какая-то телесная жидкость, и у нас все будет в ажуре.

- Я в любом случае собирался с ней встретиться.

- Так что у тебя теперь есть еще одна причина.

- Еще одна?

- Ой, ладно тебе, детектив, не пытайся нае.. наколоть меня. – Морисетт склонила голову набок и окинула его взглядом. – У тебя это на роже написано. Ты считаешь вдову привлекательной.

- Она действительно привлекательна, - осторожно ответил он.

- Я о том, что она привлекательна для тебя. Не будь она нашим подозреваемым «номер один», ты бы, возможно, подумывал о том, чтобы пригласить ее куда-нибудь на свидание и распробовать.

- Я так не думаю, - солгал Рид, не желая дальше размышлять на эту тему. – Она несколько непредсказуема на мой вкус.

- Я тебе уже говорила, не наваливай мне всякую херню. Вот черт, еще один четвертак! – Выглядя так, словно испытывает отвращение к самой себе, Морисетт соскочила со стола. – Ты и сам как они – немного непредсказуемый. Или с вывертом. Может даже с большим вывертом. Поскольку эта семейка как минимум не от мира сего. Не в этом ли заключалась проблема с учительницей? Хелен, вроде? Она была слишком правильной?

Рид не ответил, однако сжал челюсти.

- Эй! – Морисетт подняла руки, словно сдается. – Я не тот человек, с которым стоит разговаривать об отношениях. Если в радиусе пятисот миль есть неудачник, кончится тем, что я буду с ним встречаться.

Он никак не прокомментировал слова напарницы. Не хотел продолжать разговор. И думать о Хелен он тоже не хотел, и о том, какой могла быть жизнь, если бы он сдался в Сан-Франциско, попав под давление, и женился на ней. Его чувства к Кейтлин Бандо были ясны: она подозреваемая. Все, точка. Что касается версии о самоубийстве, то она уже стала историей, хотя прессе или семье Бандо он бы в этом пока не признался. Рид вернул стул в нормальное положение.

- Выясни, не получится ли у тебя отследить ее психиатра. Ребекку Уэйд. Она покинула город месяц или около того назад, и мне это не нравится. Сделай все, что должна, чтобы отыскать ее. Как можно быстрее. Я хочу знать, почему она уехала именно в тот момент, где она, и что она может нам рассказать о Кейтлин Бандо.

- Тут есть эта маленькая проблемка с врачебной тайной.

- Обойди ее. Просто отсутствие Уэйд слишком удобно.

- Думаешь, пациентка ее убила?

- Я не знаю, что думать, пока мы не определим ее местонахождение. А я, тем временем, перепроверю алиби Кейтлин Бандо.

- Это было бы неплохим началом, - согласилась Морисетт, хлопнув ладонью по крышке его стола, - чертовски хорошим началом.

- А вот и очередной четвертак. С такой скоростью к Рождеству у тебя наберется фонд для обучения обоих детишек в колледже.

- Очень смешно, - тихо проворчала она и так посмотрела на него, словно хотела обругать всеми известными ей словами, но придержала язык. – Найду доктора Уэйд - дам тебе знать. А ты пока заканчивай со своими фантазиями и выясни, как доказать, что Кейтлин Бандо убила своего мужа.

- Я так полагаю, что в презумпцию невиновности ты не веришь?

- Я думаю, что это чистейший, совершеннейший …вздор. Готова прозакладывать весь фонд моих детей на колледж, что миссис Бандо виновна, как грех.

* * *

Сон вернулся, как и всегда возвращался.

Она услышала зов своего брата, рикошетом отскакивающий от окружающих стен отвесных скал.

- Помогите! – кричал он. Его сильный голос растворялся в шторме. – Кто-нибудь, помогите мне!

Кейтлин промчалась сквозь заросли тонких сосенок, ее ботинки скользили на снежной пыли, начинавшей покрывать лесную подстилку.

- Где ты? Чарльз! – обезумев, кричала она, перелезая через упавший ствол. Она приближалась к нему или удалялась от него? – Чарльз!

О, Боже. О, Боже. О, Боже. Где он?

С неба сыпался снег, и ночь приближалась, а сквозь подлесок начинала просачиваться тьма.

Пробираясь сквозь густой кустарник, она мельком увидела своего брата, лежащего в зарослях. Древко стрелы торчало из его груди, красное пятно расползалось по вельветовой рубашке.

Ох, нет! Она оступилась, затем поднялась на ноги, но они были будто свинцовые, отягощенные налипшим на них льдом и снегом. Под ногами хрустели сухие листья, а где-то вдалеке выла собака.

- Я иду, - крикнула она, продолжая бежать вперед. Холодный зимний воздух затруднял дыхание. Добравшись до Чарльза, она упала на колени, ее заледеневшие пальчики обвились вокруг ужасного орудия, торчащего из торса ее брата.

- Не надо! – предупредил испуганный голос. Она обернулась и увидела Гриффина, побледневшего и изнуренного, стоявшего между двумя молодыми деревцами. Снег припорошил его воротник и взъерошенные волосы.