Читаем Ночь империи полностью

Перепалку тем временем прервал последний из четырёх. Выступил вперёд, отодвигая Белета себе за спину, и многозначительно пригрозил пальцем оппоненту. С Велиаром – ростом чуть выше среднего, крепко сбитым мужчиной, спорить себе позволял исключительно Князь. Остальные предпочитали находиться на хорошем счёту у того, кто в подчинении имел исключительно военизированные легионы. На какой почве с ним сдружился главный красавец всей Тааффеитовой крепости, теперь всегда имевший верного защитника, оставалось только догадываться.

Азмедай и Гаап искренне верили в наличие интрижки, Лилит и пара других женщин с радостью подливали масло в огонь слухов, Велиар с Белетом таинственно отмалчивались.

– Кудрявым слова не давали,– хохотнул Белет, повисая на плече у главы миштаров.– Так что помолчи, барашка.

– Князь, нет, ну Вы видите?– устало вздохнул Азмедай.– Видите, что этот мальчишка себе позволяет?

– А мы все тут просто дива’атхи во плоти,– отфыркнулся Иблис.

Поведя плечом, он сбросил с себя руку Гаап и прошёл к трону. Заняв своё законное место, закинул ногу на ногу и, сведя кончики пальцев вместе, посмотрел на беспечно изучавшего потолок Марбаса.

Созвавший всех, как и было приказано, он остался в зале, но пока Иблис не мог определиться, было ли это плюсом.

Фырканья недалеко от них сошли на нет, и Азмедай, с видом оскорбленной невинности скрестив руки на груди, отвернулся от своих оппонентов.

– Давайте лучше к теме,– Белет скользнул к трону и удобно умостился на подлокотнике, от которого Иблис чуть отодвинулся.

Глава легиона инкубов умел при довольно высоком росте и худобе, за которые за глаза Азмедай и ещё парочка ифритов называли его жердью, перемещаться с той грацией, что была доступна не каждой из его подопечных. Ифритки могли стараться, упражняясь в легконогости, стирали стопы и пальцы в кровь, но только их глава двигался, будто перетекая из одного состояния в другое. Он выглядел идеальным, умел держать этот образ, сам же его недолюбливая за двоякость, но только, пока не оказывался в пределах своих покоев.

Гаап, искоса взглянув на друга, вспомнила, как однажды заглянула к нему утром с целью вытащить из постели и отправиться на небольшую прогулку по городу. Вместо женственного юнца, флиртовавшего со всем, что двигалось, двери ей открыл молодой всклокоченный мужчина, одетый в длинную рубаху с пятнами от краски, с курительной трубкой, слегка дымившей, в зубах. Увидев посетителя, Белет проснулся моментально и захлопнул дверь перед самым её носом. Исключительно для того, чтобы спустя полчаса появиться на пороге вновь, свежим, прекрасным и благоухающим.

– Мы должны объявить об этом народу,– повёл рукой Азмедай.– Это настоящее чудо – живорождённый ифрит, после стольких тысяч лет!

– Думаю, если бы Князь хотел поделиться со всеми радостью, мы бы сейчас здесь не совещались,– Велиар скрестил руки на груди, вскидывая бровь.

Марбас отвлёкся от изучения пейзажа за окном и махнул посохом, привлекая к себе внимание.

– Простите, но мы не можем пока ничего утверждать.– Врачеватель многозначительно пригрозил Азмедаю пальцем.– Ситуация с другими женщинами остаётся неизменной, но теперь есть надежда, что благодаря Первой мы сможем все исправить.

Иблис, тративший до этого время на то, чтобы изучать узор на подоле верхнего кафтана Белета, оторвал взгляд от синих завитков на ткани, напоминавших формой слезы, и упёрся пальцем в висок.

– И какова вероятность, что это будет успешной затеей?

– Сложно точно сказать,– слегка стушевался Марбас.– Я мог бы заняться этим сейчас, но боюсь, как бы лишние вмешательства не испортили состояние госпожи.

– Четыре месяца – не так уж много,– улыбнулся Белет,– можно и подождать. Но почему не объявить?

Гаап недоверчиво прищурилась:

– И дать народу ложную надежду?

Глава инкубов и суккуб моментально посерьёзнел, упёршись руками в бока:

– Просто дать им надежду. Никто с самой Первой Эпохи не видел не то, что живорождённого ифритенка, а беременной от ифрита ифритки вообще.

– Понесла одна – понесут и другие,– сам поражаясь тому, что солидарен с Белетом, произнёс Азмедай.– Я считаю, нужно сделать объявление.

– Да, и после этого империя первая встанет в очередь желающих убить нашу единственную беременную женщину,– недовольно процедил Иблис, горизонтально рассекая правой рукой воздух.– Нет. Пока известие об этом не должно выходить за эти стены. Я понятно объясняю, Марбас?

Услышав своё имя, намеренно выделенное интонацией, глава легиона врачевателей вздрогнул и неуверенно улыбнулся.

4.

Проходивший мимо Раджар, весь день то и дело мелькавший перед глазами, заметил их и с мягкой улыбкой кивнул. Мадлена не утрудила себя ответом – взгляд ифрита всё равно был направлен на Сейрен, которая едва не скривилась так, будто её заставили съесть шеварран сырым.