До рассвета оставалось совсем немного, когда в сон Олега вломился отчаянный крик о помощи: «Олег, помоги мне!» Перед глазами предстала страшная картина: Доброгнева, прикованная цепями к стене, Вадим, почти полностью потерявший нормальный человеческий облик, Морена, насмехающаяся над пленницей... На урманина дохнуло такой бездной раскаянья и ужаса... Не своего, а той девушки, что стояла в цепях у стены и вынуждена была выслушивать жестокие насмешки богини смерти и собственными глазами смотреть на предательство брата. Но вот ужас уступил место отчаянью - откуда любимый может знать, какая беда с ней приключилась? Да и как он сможет спасти её? И восхочет ли после всего того, что она натворила?.. Ещё какое-то время Олег жил чувствами и мыслями боярышни, но постепенно видение померкло, и он очнулся на своём ложе, весь покрытый холодным липким потом.
Не дожидаясь рассвета, воевода наскоро оделся, спустился в конюшню, вскочил на коня и помчался что было духу к княжьему терему. Стоявшие в дозоре гридни даже не подумали задержать его, а челядь княжеская, зная, сколь сильно благоволит Рюрик своему другу и родичу, не посмели возразить, когда тот потребовал доложить о его приезде князю, его жене и Ольге, невесте Перуновой. Вскоре к усадьбе Дубыни был отправлен гонец от князя, а все остальные, разместившись в горнице, приготовились выслушать рассказ Олега. Урманин честно, без утайки рассказал о своём видении, а закончил свой рассказ так:
-Я не ведаю, насколько истинно то, что я увидел. Быть может, это Морена напустила морок, быть может, отозвались мои собственные мысли и страхи...
Ольга, до этого внимательно слушавшая, поднялась со своего места, подошла к брату и положила десницу ему на лоб. Через какое-то время она покачала головой.
-Нет, это в самом деле было. Хотя без Морены здесь не обошлось. Она сделала доступными для тебя чувства и мысли твоей возлюбленной. Видно, не действует больше наше опахивание, раз чары колдовские за стену крепостную просочились...
-Но что же делать? - растерянно спросила Ефанда.
-А что тут можно сделать? - пожал плечами Рюрик. - Не думаю, что Вадим решится выставить её супротив нас как заложницу. А в остальном всё в порядке. Если в битве с Мореной выиграем мы, то освободим Доброгневу и выдадим её замуж за Олега. Если Вадим нас уничтожит, его сестра, скорее всего, всё равно вернёт себе свободу, правда уже без мужа. Так что...
-Есть ещё кое-что, - задумчиво проговорила Ольга. - Из того же видения я узнала и некоторые мысли Морены, для меня специально переданные. Если мы не освободим девушку в ближайшее время, то следующей ночью она будет убита и обращена в навью.
-Не может быть! - вскричал Олег. - Вадим не допустит этого!
-Кто ж его спросит, - с печальной полуулыбкой проговорила Перунова невеста.
-Но мы в любом случае не успеем ей помочь, - покачал головой князь. - До Новгорода далеко...
-А нам и нет нужды спешить в Новгород, - Ольга как будто прислушивалась к чем-то. - Есть другой способ. Сложный и опасный, но есть. Хотя это скорее напоминает хитроумную ловушку, расставленную на нас богиней смерти. Если мы проиграем, то окажемся прямо в её лапах, если выиграем, то Доброгнева вновь будет с нами, а попутно мы сильно ослабим и саму Морену. Для спасения боярышни достаточно будет нас четверых. Я перенесу нас к священному дубу, а там уж вы поможете мне похитить девушку из вадимовой темницы.
-Всё понятно, - князь Рюрик решительно поднялся со своего места. - Другого выхода у нас всё равно, похоже, нет. Если, спасая Доброгневу, мы ещё и ослабим Морену, значит, так тому и быть. Что для этого нужно?
-Одеваемся и идём на капище. Колесницу перунову я вызвать сейчас не смогу - хлопотно, холодно, да и времени нет. Но через идол мы сможем выйти к дубу, хранящему лик Перуна. А дальше будет видно.
Ефанда с болью наблюдала за братом. Тот внимательно слушал, то впадая в отчаяние, то вновь обретая надежду на спасение возлюбленной. Молодая женщина хорошо понимала его, но невольно злилась на свою давешнюю подругу, из-за безрассудства которой теперь жизнью должны были рисковать муж, брат и сестра Ефанды. А если всё окончится неудачей, что же, дочь её сиротой останется? Или и впрямь Вадим, как грозился, к себе её возьмёт? И всё из-за глупости взбалмошной девчонки! Боги всемогущие, за что караете?
-Что произошло? - на пороге стоял Дубыня.
-Доброгнева в беду попала, - обернулся к нему Рюрик. - Вот, идём выручать. Ты же, воевода, за старшего остаёшься. Сроку даю тебе - три дня. Собери дружину, ополчение и выступай к Новгороду. Ещё два дня даю тебе на то, чтобы дойти до озера Тёмное, что меж Ладогой и Новгородом лежит. У него мы тебя ждать будем. Хватит по зауглам сидеть, точно тараканы запечные! Пора судьбу в свои руки брать. Когда Перун проснётся - никому не известно, а у Морены милости ждать не приходится. А раз защита наша всё равно разрушена, то, мыслю я, вскорости ждать нужно гостей непрошенных. Так что пусть будет так, как на роду нам написано. Идём нынче на битву супротив Вадима.