Читаем Невеста Перуна (СИ) полностью

Аскольд лежал на стылой земле и тихо умирал. Его нож должен был пробить сердце, но то ли рука в последний миг дрогнула, то ли мальчишка и впрямь был пока никудышным воином, да только острое лезвие всего-навсего разорвало кровяную жилу, не достигнув сердца. Теперь юноша поил своей кровью мерзлую землю, с невольным ужасом ощущая, как постепенно деревенеют пальцы, руки, ноги... Ещё безжалостно точила мысль о том, что поручение князя Рюрика и всей Ладоги не было исполнено, что не соберут к весне они достаточное ополчение. И никогда ему не увидеть уже ни красавицы Доброгневы, ни отца, ни маленькой, забавной княжны Любавы... «Ну и пусть, - упрямо подумал юноша. - Зато, в отличие от Вадима, я не предал своих, никто из родичей не погиб по моей вине, так что совесть моя чиста, и я с честью взгляну в лица моих предков».

Неожиданно Аскольд почувствовал, что на поляне он более не один. Слегка повернув голову, паренёк встретился глазами с волком. Тем самым волком, что совсем недавно спас его от участи более страшной, чем смерть. Ещё миг - и волк, перекувыркнувшись через голову, обратился в человека. Вскоре над юношей склонилось до боли знакомое бородатое лицо.

-Ты? - удивлённо прошептал Аскольд. - Так ты - оборотень?

Мужчина кивнул.

-Прости, но большего я для тебя сделать не мог.

-Я понимаю. И на том спасибо. Лучше умереть, чем быть её рабом. Но я не оправдал доверие отца.

-Это ничего. Думаю, он и так по праву может гордиться тобой.

-Ты вправду так думаешь?

-Конечно, - тепло, почти ласково улыбнулся человек-волк.

Вновь воцарилось молчание, однако продлилось оно не долго.

-Я и не знал, что ты оборотень, - вновь слабым голосом проговорил юноша.

-Мало кто знает. Люди боятся нас и потому стремятся убить.

-И то правда.

По телу паренька прошла судорога. Волкодлак невольно нахмурился, подмечая знакомые приметы близкой смерти. Судя по всему, жить мальчишке оставалось всего несколько мгновений.

-Ты бы лучше силы поберёг, Аскольд. Не трать их на праздные разговоры.

-Я вот что ещё хотел сказать. Возьми мой нож, передай его отцу. Пусть оружие, спасшее меня от позорного рабства, послужит ему оберегом. Сделаешь?

-Обязательно.

Мужчина поднял с земли перепачканный кровью нож, бережно завернул в тряпицу и заткнул за пояс. В ясном, высоком небе перемигивались звёзды, но умирающему казалось, что всё вокруг подёрнулось мутной дымкой.

-Спать хочется, - пожаловался вдруг он.

-Ты поспи, - ласково погладив юношу по волосам, проговорил оборотень. - Я здесь, с тобой посижу, покараулю тебя.

Аскольд благодарно улыбнулся, смежил веки, и уже через миг душа его отлетела к звёздам. Человек-волк тяжело вздохнул, поднялся с земли и огляделся вокруг. К становищу, сверкая роскошной серебряной шубой, вышла матёрая волчица, подошла к мужчине и ободряюще потёрлась лбом о его ноги. Тот опустился на колени и нежно обнял её.

-Зови остальных. Пусть, кто может, собирает дрова, остальные - хворост. Будем разводить погребальный костер. Надо достойно проводить в мир иной умерших.

...Ближе к рассвету над лесом поднялось зарево большого погребального костра. Дружина Белого Сокола во главе с Аскольдом честь по чести отправилась в Ирий, обитель всесильных богов.

В тот миг, когда пламя костра с рёвем устремилось в небеса, в далёкой Ладоге князь Рюрик с криком очнулся от тяжёлого липкого сна.

-Что случилось? - хриплым спросонья голосом спросила Ефанда.

-Аскольд. Моего мальчика больше нет, - проговорил варяг. Он сел на ложе, закрыл лицо руками и глухо застонал.

Молодая княгиня замерла, будто прислушиваясь к чему-то, затем удручённо кивнула головой:

-Да, его и впрямь больше нет среди живых. Но что случилось? Как это произошло?

-Морена настигла его, предлагала ему стать правой рукой при новом князе, завлекала любовью Доброгневы... Я и не знал, что он столь серьёзно влюблён в неё.

-А что Аскольд?

-Он предпочёл смерть.

-Молодец, парень, - улыбнулась Ефанда. - Значит, слово «честь» для него не пустой звук. Тебе есть, чем гордиться, муж мой. Видимо, правильно ты его воспитал. Вадим вот перед искушением не устоял.

-Да уж, хоть это и слабое утешение. Вадим-то жив, а вот Аскольд...

-Зато Звёздный Мост не рухнет под ним, и боги его не отринут. Сможет ли этим похвалиться Вадим? Более того, ни одна живая душа не назовёт его предателем. Нам же остаётся лишь с честью предать его тело благословенному огню.

-Не нужно. О его теле и о телах гридней, ехавших с ним, позаботился какой-то человек-волк. Ещё Аскольд передал ему для меня нож, которым себя убил. Как оберег для меня. А я... я сам послал его на смерть, в лапы подлой Морены.

-Подожди, как же ты узнал о смерти мальчика, о волкодлаке, о ноже, наконец?

-Аскольд приходил ко мне только что.

-Вот видишь, значит, он не сердится на тебя, не винит в своей смерти.

-Да уж, не винит, это правда. Но я сам себя виню.

Ефанда поближе придвинулась к мужу и нежно обняла его за шею. Какое-то время они сидели молча, но наконец, молодая женщина не выдержала и задала давно снедавший её вопрос:

-Скажи, Рюрик, откуда у тебя появился Аскольд? Ты никогда об этом не говорил.

Варяг невесело усмехнулся: