Читаем Неумерший полностью

Правитель Нериомагоса застыл, как вкопанный, сбитый с толку этой бесцеремонной выходкой. Буос зарычал, отряхнулся, как собака, которая стряхивает блох, и шутник, поболтавшись, приземлился прямо на своё мягкое место. С уморительной живостью он тут же поспешил отползти назад, отталкиваясь пятками и часто перебирая руками, чтобы увернуться от разбушевавшегося щита, которым размахивал великан. Крики, свист и ругательства вперемежку послышались из толпы зрителей. Чудак поднялся на ноги, с трудом удерживая равновесие. И тогда я узнал арвернского богатыря. Каждый норовил поддеть его, возмущаясь отчасти в шутку, отчасти всерьёз.

– Проваливай, Троксо!

– Ну ты и болван, Троксо!

– Что это ты там выделываешь, Троксо?

– Ты в стельку пьян, Троксо!

Рыжеволосый воин с пьяным достоинством ответил им неприличным жестом, который только удвоил грубые насмешки и шиканье.

– С дороги, пьянчуга! – плюнул Буос. – Убирайся отсюда подобру-поздорову!

Троксо ткнул пальцем в сторону великана.

– Ты назвал меня пьянчугой? Ты, бочонок с вином! В меня-то точно столько не влезет!

Здоровяк оскалил зубы.

– Пусть так, но я хотя бы держусь на ногах. А ты хочешь подраться со мной? Хочешь выручить Сумариоса! Давай же иди сюда! Я поколочу вас обоих! Я сотру вас в порошок!

– Оставь его в покое! Сумариос хотел только поговорить, а ты прицепился к нему, как репей!

Троксо ударил себя кулаками в голую грудь:

– А я вот, дубина, к тебе задираюсь! Я вызываю тебя на бой! Я надеру тебе зад, толстяк!

Его напыщенная удаль вызвала громкий смех вперемешку с издёвками и свистом. Троксо, шатаясь, повернулся к Буосу спиной, провёл пальцем по всему сборищу героев и заорал:

– К вам это тоже относится! В пекло вас всех! Все вы у меня получите!

Он потянулся рукой за мечом, забыв, что во время пиршества скинул с себя поясной ремень вместе с рубахой, и сжал кулаком лишь воздух.

– Проклятье! Мой меч! Кто-то стащил мой меч!

Пока веселье разливалось по лагерю, рыжеволосый пожал плечами:

– Ну да ладно, ворюга, я верну его позже.

Вновь повернувшись к великану, он вскинул вверх кулаки.

– А что мне ещё нужно, чтобы набить тебе морду!

Буос попытался сразить смельчака ударом умбона, но стукнул лишь по ветру, в то время как Троксо резко нырнул в сторону. Тигерномагль, разразившись хохотом, хлопнул в толстые ладони.

– Вот так кувырок! – кричал он. – Сумариос, выходи из круга. Троксо прав: ты не хотел сражаться, а вот его самого так и распирает! И мне не терпится увидеть эту схватку!

Мой наставник был явно озадачен. Хоть он и избежал опасного поединка, но выглядел всё же огорчённым. Разумеется, всё пошло не по обычаю, и уход не приносил ему особенной чести. Однако он последовал приказу правителя, в то время как арвернский герой Троксо отнял у него возможность отомстить и устроил настоящий балаган, разыграв шутовскую браваду. После того как Сумариос покинул круг, рыжеволосый постучал по щиту Буоса ладонью. Великан в ответ со всего размаху рубанул мечом, который рассёк лишь пустоту: Троксо отбежал с испуганным девчачьим визгом и укрылся в объятиях Тигерномагля и Амбимагетоса. Король и принц вытолкнули его назад к противнику, покатываясь со смеху.

И тут началась настоящая потеха. Троксо, выделывая ногами кренделя, казалось, обладал везением пьяниц. Как только великан нападал на него, ему в последний момент удавалось унести ноги: то оступится, то кувыркнётся, то присядет. Буос рычал, хотя был больше обескуражен, чем зол, а смех плескался вокруг них. Дважды Троксо хватал щит своего противника за края и делал вид, будто прячется за него, одёргивая руки всякий раз, как удар меча грозил оставить его без пальцев. Буос, осознав наконец, насколько глупо выглядел весь этот спектакль, выбросил оружие, чтобы удавить арвернского богатыря, но Троксо стал ещё изворотливее и буквально вился склизким угрём. Он не гнушался ничем, чтобы извернуться: ни обманными движениями, ни перекатами, ни отскоками. Когда зрители пытались подтолкнуть его к великану, он цеплял их за ноги и сам выталкивал в лапы Буоса.

В конце концов и запыхавшийся исполин не смог удержаться от смеха. Нагнувшись и уперев руки в колени, он вымолвил:

– Чёрт побери, Троксо, да ты просто шут гороховый! Ты вымотал меня своим ребячеством.

Рыжеволосый выпятил грудь и оттопырил губу, весьма неуверенно покачиваясь:

– Неужто это был вызов? Последний, кто устоит на ногах?

Буос рассмеялся, обозвал Троксо пьяницей на все лады, которые знал, и они отправились пить дальше уже вместе.

– Нам повезло, – сказал подошедший Сумариос. – Троксо вспомнил об узах гостеприимства, которые связывают его с вашей матерью и со мной, – вот почему он спас нас от поединка. Отныне, Белловез, мы перед ним в долгу.