Читаем Неуёмная (СИ) полностью

Кстати… а вот интересно — та бездна шла глубоким колодцем, или же и сейчас, где-то там, глубоко под ней находилось бесконечное, чёрное нечто? С копошащейся там неведомой тварью…

Нельзя было ей сейчас думать. И девушка, закрывая уши ладонями, побежала вперёд, чтобы отвлечься от переполняющих её голову мыслей. Чтобы чуть устать, чтобы дыхание участилось, сердце — забилось, а мысли покрылись лёгким туманом… Они не должны было звонить слишком долго! Ну хватит уже…

Но лёгкая пробежка, чтобы взбодрить своё барахлящее сердце, закончилась не так, как она планировала — стоило ей ускорить шаг, перейти на бег — как от странного, непонятного ей ощущения по спине пробежала волна мелких мурашек. Что-то было не так! Она затылком почуяла это — чувство опасности! Попробовала оглянуться — но едва не налетела на встречного ей человека — такого же растерянного, как и она сама. И бросающего взгляд то на неё — то куда-то ей за спину. И следовало бы ей просто остановиться, всё же потратить момент своей жизни и обернуться — но страх подстегнул её слишком сильно. И дамианка, во весь опор своих коротких ножек, бросилась наутёк, при этом совершив самую страшную из своих ошибок — свернула с оживлённой улицы, чтобы скрыться в переулке. Чтобы спрятаться там от неведомой ей угрозы — но нашла там лишь невысокий бордюр и отвесный овраг, ведущий на дно трёхметрового канала. Следует заметить — уже давно пересохшего канала, ныне используемого в большинстве случаев как свалка. И также внезапно, как звон колоколов начался — так же внезапно он и оборвался, и Шаос, пробегая последние несколько метров перед пропастью — услышала за спиной нестройный шаг нескольких пар ног. И даже не бегущих, а просто быстро идущих за ней, ибо догнать метровую, не слишком расторопную ехидну они могли и пешком.

— Н-ну всё, всё! Догнали… Сдаюсь! — Она подняла вверх лапки и обернулась, натягивая на лицо широкую, зубоскалящую улыбку. — Къитять не буду, сопвотивъяться — тойе, согласна на многое, а с вашей стооны было бы вевливо не аспускать сильно уки! Идёт?

Их было четверо. Четверо мужчин в длинных, демонстративно дешёвых и непритязательных холщовых рясах с наголо выбритыми головами, что уже буквально кричало о том, что они были какими-то сектантами, но более — на лбу одного из них было вытатуировано полукольцо с непонятными письменами. И эта мета чётко говорило о том, к кому именно они относились.

— Д-да б*я!… - Не сдержалась дамианка от осознания, что она, сука, влипла.

Это были долбаные фанатики из "Пяти Слов". Жестокие парни с особым взглядом на жизнь, и раз они к ней зачем-то пристали — то проблемы у неё определённо намечались. И очень, ооочень вряд ли они хотели её трахнуть или ограбить.

— Слусайте, я плосто сла домой! — Громко ответила бывшая полуэльфийка и, оглядываясь назад, чтобы ненароком не налететь на низкий бордюр и не свалиться в канал, попятилась ещё немного назад. — Мне не надо плоблемы… Я не знаю… Заплатить вам?! У меня есть! Немного! Или тево вам надо? Я сделаю всё, сто вам надо, только, ну… не бейте, ладно?..

Они были способны на жестокость по отношению к нелюдям или людям, ведущим порочную жизнь — и Шаос под оба эти пункта прекрасно подходила. Но из-за не слишком большой многочисленности этих сектантов, они себя сдерживали и дело у них редко доходило до физического проявления своей ненависти. До расправ, линчевания и самосуда. Но всё же — иногда доходило, и метровая дамианка отлично годилась на роль беззащитной жертвы.

— Слусайте, плавда… Отпустите меня, а?..

С корявыми улыбками на лицах, совсем ещё зелёные фанатики приближались к ней, теснили к краю, и Шаос была вынуждена сделать последний возможный шаг, ставя ноги уже на сам бордюр. Могла ли она пробежаться по нему, то есть вдоль самого канала и между стеной соседствующего к нему дома?

— Обессяю, я буду хоосэй ехидной…

— Нам не нужны твои деньги, порочное племя!

— Нам нужна твоя кровь!

— Ты должна заплатить за грехи своих предков! — Вторили они друг за другом.

Дураки. Просто кучка круглых дураков — так бы очень хотела ответить им Шаос, будь она посмелее и посильнее, но вместо этого только захныкала и закряхтела. Они не понимали, что появление её "порочного племени" спасло их, идиотов, от смерти, ибо если бы Неллит не подняла тогда мятеж, раздробив воинство Баалбезу на части — жили бы сейчас эти люди в лучшем случае в кандалах.

Но голоса их затихли, когда руку поднял их "старший" — обладатель татуировки на лбу, что означало то, что он уже дал одну клятву перед своим божеством. И пока его более молодые братья ещё не далеко ушли от обычных людей, были импульсивны и выплёскивали из себя это мелочное бахвальство и угрозы, он же — уже успел обматереть в рядах своей церкви, чтобы не проявлять эту недостойную нетерпеливость и за зря не сотрясать воздух. Он со степенностью склонился к земле — и что-то там начал в ней ковырять. А затем и остальные подхватили его идею и тоже стали разбирать изношенную дорожку на булыжники…