– Одна из отличительных черт Бедвинов в том, что они редко влюбляются, но уж если так случилось, их чувства очень глубоки. Ты бы никогда не догадалась об этом, правда? Конечно, никто из нашего поколения не испытал любви, кроме Фреи, поэтому мы не можем быть в этом уверены. Подозреваю, она долго страдала. Возможно, мучается до сих пор.

«Никто из нас… кроме Фреи, не испытал любви». Странно, но эти слова задели Еву. Они, безусловно, опровергали все, чему верила Фрея. Но Фрея сказала почти то же о любви и своей семье. Как жаль, что она потеряла любимого человека, а Эйдан из чувства долга женился без любви. Радостное возбуждение вчерашнего дня отошло в далекое туманное прошлое.

– С завтрашнего дня ты будешь ездить с нами каждое утро, – коротко заключил Эйдан. – Я прикажу горничной будить тебя пораньше.

Почему бы ему не будить ее самому? Или он не собирается вернуться в ее постель?

– Спасибо, – ответила Ева.

– И если ты желаешь заниматься чем-то еще или захочешь куда-нибудь поехать, скажи мне, и я найду тебе сопровождающего.

Вежливое холодное предложение. Муж, преисполненный сознания своего долга.

– Спасибо, – повторила она, – но я думаю, что смогу найти развлечения и без вашей помощи, полковник. Ваша тетя уже получила несколько приглашений на мое имя и будет сопровождать меня. Мне не придется вас беспокоить.

– Черт бы побрал тебя, Ева, – тихо и раздраженно сказал Эйдан после нескольких минут тяжелого напряженного молчания. – Черт бы тебя побрал!

Она вздрогнула от изумления. За что он на нее сердится? И почему в таких неприличных выражениях? Ева отвернулась и подошла к ограде, чтобы обменяться любезностями с молодой леди и ее матерью, которые накануне стояли перед ней в очереди на представление королеве в Сент-Джеймсском дворце.

Глава 17

На следующей неделе Эйдан иногда проводил время в обществе жены. Каждое утро они верхом ездили в парк. Побывали на двух балах, на домашнем концерте и один раз в театре, где сидели в ложе герцога. Но даже в этих случаях они обычно старались не оставаться наедине. Чаще всего Эйдан проводил время с Аллином или со знакомыми военными, многие из которых приехали в Лондон на торжества. Утром он посещал клуб или конюшни Таттерсолла, днем – боксерскую школу Джексона или бега, а вечера после обеда в Бедвин-Хаусе опять проводил в клубе. Ночью он спал один в своей комнате.

Насколько было известно Эйдану, Ева больше не встречалась с Дснсоном. Если она не выезжала с Эйданом, то оставалась дома или ездила с визитами с маркизой Рочестер, или с Фреей, или с ними обеими, хотя она не нуждалась в стражах. Ева сказала Эйдану, что останется верна их браку, и он ей верил. Но его мучила мысль, что она, возможно, мечтает хотя бы об одной короткой встрече со своим любовником. И он еще больше ненавидел себя за ревность, от которой не мог избавиться.

Эйдан считал дни, остававшиеся до приезда в Лондон глав держав-победительниц и торжественного обеда в Карл-тон-Хаусе. После этого будут другие празднества, но Ева уже сможет решить, когда ей вернуться домой. Он не сомневался, что она уедет при первой же возможности и страстно надеялся на это. Эйдан хотел, чтобы она уехала, покинула Бедвин-Хаус, исчезла из его жизни. И в то же время он думал об этом со страхом.

Как он ненавидел всю эту чувствительную чепуху!

Наконец ожидаемый день наступил. Они сидели за завтраком всей семьей, присутствовал даже Вулф, который в этот день не поехал в палату лордов.

– Вы когда-нибудь видели на улицах такое столпотворение? – спросила, ни к кому не обращаясь, Фрея. – Мы едва добрались до парка, а возвращаться было куда хуже. Ты уже выходил из дома, Вулф?

– Нет еще, – ответил тот. – И вполне возможно, что не выйду. Мне бы не хотелось, чтобы меня искалечили в уличной толчее. Но на этот раз известие о том, что почетные гости ступили на британскую землю, конечно, не пустой слух. Герцог Кларенс доставил их на «Непобедимом». Их ожидают в Лондоне сегодня.

– В Лондоне все в это верят, – сказал Аллин. – И каждый, любая собака хотят посмотреть на их приезд. Думаю, после этого начнется настоящее безумие.

– Но мы приехали ради этого торжества, – со вздохом напомнила Фрея. – С соизволение Вулфа, разумеется. Полагаю, что празднование окончательной победы над Наполеоном Бонапартом – великое историческое событие.

– Вам известно, ваша светлость, – немного подалась вперед Ева, – кто именно приезжает сегодня?

– Русский царь, прусский король, князь Меттерних из Австрии, фельдмаршал Блюхер и многие другие, – ответил Вулф.

– А герцог Веллингтон? – спросила она.

– Нет, Веллингтон не приедет.

– Очень жаль. Но интересно было бы посмотреть на приезд других знаменитостей. Я не осуждаю толпу, что собралась на улицах.

Щеки его жены, как заметил Эйдан, разгорелись, глаза заблестели. Ева выглядела удивительно хорошенькой, но она в его глазах уже давно была именно такой.

– Вы увидите их всех завтра вечером, мадам, – напомнил Бьюкасл, – ив более приятной атмосфере Карл-топ-Хауса. Вы также увидите принца Уэльского и королеву.