— Кассандра. Она передала мне её приказ. — как глупо это звучало, он бы и сам не поверил, если бы кто-то попытался таким образом оправдаться, но так оно и было, и уж лучше пусть она слышит подобное, чем придуманное на ходу.
— Хм, её я тоже не видела. Это всё, что ты можешь сказать?
Молодой человек молча кивнул головой. В любом случае, даже притащив Бэла его к матери, Леди Димитреску могла бы подтвердить то, что выдала распоряжение, пусть и через дочь, принести ей бутыль спиртного. Тогда бы все разошлись на мирной ноте, но что если Кассандра подставила Стефана? И, как сказала блондинка, её там не было. Не зря же черноволосую ведьму не пускают наверх.
— Можешь не верить мне. Особенно после того, что произошло пару дней назад. Так или иначе, буду выжидать своего наказания, когда ты доложишь матери о моих подозрительных действиях. — он томно вздохнул.
— Тогда тебе придётся томиться в ожидании до самой старости.
Стеф озадачено глянул на колдунью исподлобья.
— Я не собиралась рассказывать ей о том, что ты делал в столовой в позднее время. — она расправила руки и немного расслабила позу. — Сказала, что ты задержался из-за большого количества дел, потому и оказался рядом, когда — о, Боги! — из-за сильного мороза треснуло стекло. Ты спас меня. Хотя мог взять и уйти. Сделать вид, что тебя там не было и во время моей страшной мучительной смерти видеть второй сон. — блондинка пыталась держаться холодно, равнодушно, но голос предательски дрогнул, выдав небольшое волнение. Мысль о кончине пугала.
— Не мог, Бэла. — молодой человек сделал шаг вперёд, но этого было мало, чтоб сблизиться. Стол всё ещё держал между ними дистанцию.
— Мог. И не отрицай того вреда, что я тебе причинила. Мне не хотелось признавать, но я заслужила. Заслужила смерти от твоего бездействия. Мне тяжело понять, почему ты не оставил меня замерзать. И трудно осознать, по какой причине решила не докладывать маме о твоих умыслах.
— Почему?
— Не знаю! — девушка вскрикнула. — Мне не нравится, что ты ходишь по замку, что-то выискиваешь, не нравится твоё присутствие в общем, меня не устраивает то, что себе позволяешь делать с моей сестрой, и мысли о тебе сильно начинают раздражать. Я бы мгновенно перерезала тебе глотку осколком разбитой бутылки, но не могу! Плевать на чувства Даниэлы, их нет. Моя рука не слушается. — Бэла разжала кулак и выбросила в куда-то сторону чёрное стёклышко. И как Стефан сразу не заметил острый предмет в её бледной руке. — Что ты наделал со мной?
Глаза колдуньи заблестели от устремившийся к ним влаги, она стояло напротив парня, обречённо опустив руки, девушка не ждала ответа, но и что делать дальше не знала. Она впервые в жизни, если это можно так назвать, почувствовала нечто подобное. Ненависть, смешанная с желанием. Желание, которые она испытывала к простому смертному не давало покоя. Бэла представляла, как брюнет по ночам владел Даниэлой и чертовски сильно вожделела оказаться на её месте. Но одновременно с этим испытывала отвращения: как она может проявлять такую слабость по отношению к омерзительному мужлану?
— Бэла… — Стеф не собирался оставлять этот вопрос открытым, — Я понимаю…Но только мне нравится твоё присутствие, нравится, как ты ходишь поблизости и несомненно нравятся мысли о тебе. И если бы мне выпал второй шанс спасти твою жизнь — я бы вновь без раздумий это сделал. И мне тоже хотелось бы знать почему.
Блондинка ничего не ответила. Она в мгновение ока оказалась перед ним, незаметно преодолев препятствие, и страстно впилась в его губы. Ладони грубо схватили лицо молодого человека приблизив ближе, тело возжелало закрыть небольшой промежуток, отделяющий их. Захотелось сблизиться настолько сильно, чтобы чувствовать каждую клеточку кожи. Но одежда мешала. Парень жадно заключил девушку в объятья, дико прислоняя к себе, её порыв был настолько мощный, что заставил попяться, из-за чего Стефан больно ударился спиной об винный шкаф, но наслаждение, которые доставляла Бэла своим ловким язычком в его рту, тут же погасило боль. Как же чертовски вкусно от неё пахло: запахи цветов слились с фруктовым терпким запахом спиртного. Они оба выпили не так много алкоголя, но этого было вполне достаточно, чтобы окунуться в омут разврата и не выныривать. Когда брюнет задрал подол чисто белого платья, высвобождая шёлковое однотонное нижнее бельё, Бэла отстранилась.
— Не надо. — умоляюще, сквозь томное дыхание, выдала она.
Колдунья собиралась выскочить из его объятий и поправить задранный наряд, но молодой человек не позволил, блондинка смогла лишь повернуться к нему спиной. Он прижал её мёртвой хваткой, обхватив руками всё стройное тело. Теперь его черёд играть с ними. Неимоверное желание вдарило в голову, затмив все чувства разом.
— Стефан, давай не будем, прошу…