Читаем Не читай комменты! полностью

Мой желудок сжимается, и я вспоминаю, что надо дышать. Хватаюсь за мягкие поролоновые подлокотники офисного кресла и отползаю назад, с ужасом глядя на компьютер.

Мой папа.

У него… роман на стороне?

Внезапно дверь в одну из палат распахивается, и моя мама выходит вместе с пожилой женщиной, они болтают о… чем-то… я не знаю. Все кажется размытым.

Когда пришла пациентка? Как я это пропустил?

Их слова плывут по воздуху, но не достигают моих ушей. Раздается смех, и я вижу, как кто-то машет рукой. Мама? Та женщина? Я снова смотрю на офисный компьютер, поспешно закрываю все окна и прячу папину секретную папку обратно в угол.

Его секретная папка.

Его тайная жизнь.

Я действительно покрываю его? Почему?

Некоторым из этих файлов более десяти лет. Когда написан тот, что я открыл? Что еще там есть? Какие секреты прячутся в этих письмах? Появилась ли любовница еще до Миры? Одна ли она? Он общался с этой женщиной, когда мама была беременна?

Сердце ухает вниз, мимо того места, где, кажется, был желудок, и я словно становлюсь пустым. Пустота. Она странным образом сочетается с ужасной волной беспокойства, желанием снова открыть эту папку, узнать больше.

– Аарон?

Я моргаю и поднимаю голову. Мама стоит у стола и внимательно на меня смотрит.

– Ты в порядке? – спрашивает она, скрестив руки. – Как-то нездорово выглядишь. Ты… ты плачешь, милый?

– Нет. Да, – бормочу я и вытираю глаза. Не понимаю, что происходит. Надо как-то сменить тему. За десять минут я потерял свою летнюю работу и все планы, которые для себя строил, а потом наткнулся на эту… штуку… с моим отцом…

Я прочищаю горло.

– Джейсон, тот парень из ManaPunk… Он решил уволить меня. Из-за статей в сети.

– Каких статей? – спрашивает мама, бросая на меня растерянный взгляд.

– Там… – выдыхаю я. Сердце снова начинает колотиться, я понимаю, что так ничего и не говорил маме, да и вообще никому в семье, и если не проясню ситуацию как следует, мне обрубят все варианты. И прямо сейчас я не знаю, кого мне нужно больше защищать – себя и свои мечты, за которые я так цепляюсь, или маму от всей этой гадости, которая спрятана здесь, на компьютере.

– Я общался с одной девушкой. Она довольно известная в мире видеоигр, – бормочу я, а сам все думаю, что узнал об отце, но надо поговорить о чем-то другом. О чем угодно. – На нее накинулась толпа интернет-троллей. Они преследуют ее в соцсетях и в играх.

– Какой ужас! – восклицает мама. – Но за что?

– Хороший вопрос. За то, что она девушка. За то, что смуглая, как мы. Потому что люди – уроды. Потому что никому нельзя доверять. – Я чувствую, что завожусь, и пытаюсь успокоиться. – Чем дальше, тем хуже. Ей слали письма, фото ее дома. Напали на ее мать на работе. – Удивление на лице моей мамы сменяется ужасом. – И раз я с ней связан, Джейсон решил порвать со мной, ведь тролли вышли и на нашу фирму, а они типа потенциальные покупатели.

– И давно ты встречаешься с этой девушкой? – интересуется мама. Вот и к чему это сейчас было?

– Мы не встречались. Просто болтаем онлайн и иногда играем.

Мама теребит бейджик, ее глаза бегают по комнате.

– Аарон, не думаю, что тебе стоит…

– Пожалуйста, не говори мне больше с ней не общаться, – молю я и встаю. – Джейсон уже меня выкинул.

– Но как ты будешь подавать документы в колледж, если твое имя появится в новостях…

– Мам, оно уже в новостях! В блогах! И доктором я не стану! – Я хватаю телефон и выбегаю из-за стола. – Кому на хрен это надо?

– Аарон, не смей при мне ругаться, – твердо осаживает мама.

Я тяжело дышу, грудь давит, и вроде злюсь я не на D1V, не на мать и ее планы на мое будущее, но какая разница.

– Ты пойдешь в медицинский, иначе за колледж мы платить не станем…

– Да сколько можно меня этим попрекать?! – ору я почти на пороге. – Я возьму студенческие кредиты! Влезу в долги! Стану пахать за копейки, как… как папа пахал годами, только бы избавиться от всего этого и жить своей жизнью. Хватит того, что ты его тут держишь. Со мной такое не пройдет.

– Аарон. – Мама вдруг начинает плакать. – Вот так ты обо мне думаешь? О нашей семье? Я не запираю здесь твоего отца и не заставляю его что-либо делать. Он приходит, потому что я люблю его, а он – меня. Ему нравится участвовать в жизни семьи.