Читаем Не читай комменты! полностью

– Я уже поговорил с Райаном, и его все устраивает, – спокойно отвечает Джейсон. – Мы по-прежнему будем использовать его концепт-арт и твою историю. За работу заплачу, и ты все равно получишь процент от продаж, не волнуйся. Я просто… – Он делает паузу. – Мне нужно, чтобы вы оба подписали соглашение о неразглашении, по которому я не буду указывать вас как авторов игры.

– Да на хрен, – выплевываю я. – Я слишком много работал. Весь год без отдыха и сна. Терпел твою резкую необоснованную критику. Райан тоже.

– Он уже согласился, – повторяет Джейсон.

– Поверю, когда увижу, – огрызаюсь я.

– Слушай, презентация через две недели, – устало говорит он. – Я был бы очень признателен, если бы вы подписали контракт и соглашение о неразглашении и ушли в сторону. Дело не в этой девушке, дело в твоей карьере. То, что тебя не будет в титрах, не означает, что ты не сможешь указать работу в резюме. Или в заявлении в колледж. Подумай о деньгах. Если не подпишешь… Что ж, мне придется просто уволить тебя, не выделив доли, а не позволить уйти по собственному желанию и при этом получить проценты.

– Ты говоришь как юрист.

– Потому что я нанял адвоката, – отвечает Джейсон. – Пришлось.

– И кто ты теперь? После всего, что мы сделали для компании? Ты действительно собираешься так с нами поступить?

Но он как будто даже не слышит меня.

– Подумай хорошенько, Аарон, – советует Джейсон. – Я действительно не хочу ссориться. Мы друзья, ты и я. Помни, что деньги от этой игры помогут тебе поступить в любой колледж, какой пожелаешь. Или открыть свою студию. Ведь этого ты хочешь, верно? Ты можешь сбежать от своих родителей-врачей и…

– Ты все твердишь о деньгах, а сам еще даже не заплатил мне! Или Райану! Друзья?! Ты пытаешься давить на дружбу? Да пошел ты, Джейсон, – говорю я ему, но чувствую, как голос ломается. Всхлип застревает у меня в горле, но я его проглатываю. Не желаю доставлять Джейсону удовольствие.

Бросаю телефон на стол. Губы дрожат. Я откидываюсь на спинку офисного кресла и смотрю на компьютер, а потом на приемную. На свое будущее. Суровое, неизбежное будущее: клиника, флуоресцентные лампы, сердитые пациенты и годы обучения в медицинском колледже, через которые я не хочу проходить. Чувствую, как горячие и тяжелые слезы текут по лицу, и спешу их вытереть. Столько бессонных ночей, столько времени ушло на работу над этой чертовой историей, весь прошлый год я возился над головоломкой, которую выпустил Джейсон, редактировал дерьмовый текст меню и обучалки.

Все зря.

Что ж, пожалуй, не совсем так.

Либо соглашение, либо придется нанимать адвоката и добиваться, чтобы мое имя осталось в игре и в истории. Вот только на какие средства мама будет оплачивать юриста и суд?

Я смотрю на дверь ее кабинета. Как мама еще не вышла на мои крики? Перевернутый телефон лежит на пробковой доске, полной напоминаний и визитных карточек. Интересно, как Райан отреагировал на новости? Его родители наверняка воспримут ситуацию лучше, чем мои; даже если все пойдет плохо, ему не придется отстаивать свою мечту так, как мне. Он в любом случае получит стипендию в художественной школе.

А вот стипендии для людей, которые хотят писать сценарии для видеоигр, не существует, по крайней мере, насколько мне известно.

Собираюсь схватить телефон, но тут что-то бросается мне в глаза на рабочем столе: папка, втиснутая в угол экрана, как будто кто-то пытался ее спрятать. Цепляю курсором край и перетаскиваю туда, где смогу рассмотреть.

Папины файлы.

Я смотрю на папку и гадаю, не здесь ли он хранит ту игру. Я открываю ее и чувствую, как мои глаза расширяются.

Там значок игры под названием Ultima Online – как и предположил Райан, увидев фотографию, – а также сотни вордовских документов. Все названия файлов состоят из длинных цепочек цифр и букв. А даты… Боже, их создавали годами. Более десяти лет. Я прокручиваю ниже, ниже… А они все не прекращаются.

Некоторые файлы старше Миры.

Я отворачиваюсь от компьютера и оглядываю приемную, как будто отец сейчас войдет и застукает меня. Она по-прежнему пуста, слышен только гул старого компьютера и тихий голос мамы. Должно быть, говорит по телефону, так как я не видел, чтобы пришел пациент.

Щелкаю по одному из документов, а сам все посматриваю по сторонам, пока старый компьютер запускает «Ворд», жесткий диск сердито жужжит. Как будто машина прикладывает неимоверные усилия для выполнения задачи. С новыми моделями так не происходит, если только с ними все нормально.

Документ наконец появляется на экране, и я щурюсь, не совсем понимая, на что смотрю.

Это письмо.