Катя повторила «вертушку», но другой ногой и лишь слегка коснулась маски, зафиксировав удар.

— Успокоилась? — спросила Юля. — Сейчас я тебя опять расстрою: нам велено о-оч-чень быстро переодеваться и идти в кабинет директора.

— Во, блин!.. Держи маску.

От третьего удара маска улетела в другой конец коридора, едва не угодив в голову лаборантке. Слегка запутавшись в костюме, Катя чуть не упала, но, всё же устояв на ногах, начала собирать, рассыпанные Юлей, вещи. Тем временем Юля принесла и показала Кате сломанную маску медведя.

***

Около кабинета директора уже стояла Лариса.

— Тебя тоже?.. — начала было Катя.

Лариса остановила её жестом и, выразительно указав на директорскую дверь, прислушалась. Из кабинета доносился крик директора:

— Я понимаю, Маргарита Ивановна, что влияние Волчкова… но вы-то, как заместитель директора, обязаны были проследить!

Лариса едва успела отстраниться, когда дверь вдруг приоткрылась и из-за неё выглянула Басюкова. Не желая встречаться с этим злобным взглядом, Катя отвернулась.

— Остальные где?! — рявкнула Басюкова, но, не получив ответа, захлопнула дверь.

— Обсуждают что-то, — сообщила Лариса. — Не слышно ни хрена… Ты, случайно, Библию не читала?

— Нет… Ты это к чему? — удивлённо спросила Катя.

— Хотела спросить о том, что там сказано про «совет нечестивых».

Катя улыбнулась и уже хотела что-нибудь ответить, но в этот момент дверь вновь открылась.

— Тфу ты! — не удержалась Катя, встретившись взглядом с Носовой, и вновь отвернулась.

— Заходите обе! — раздражённо потребовала Носова.

Лариса вошла первой; Катя прошла позади Ларисы и встала слева от неё.

Подняв, покрытое бледными и красными пятнами, лицо, директор хотел было начать что-то говорить, но в этот момент дверь распахнулась и на пороге появилась Юля.

— Проходи, Инева, — вяло пригласила, мрачная как никогда, Авоськина. — Где остальные?

Похожая на взъерошенного воробья, Юля пожала плечами и сделала несколько шагов вперёд. Оказавшись перед Катей и Ларисой, Юля окинула их взглядом и шёпотом спросила с сарказмом:

— По росту строиться?

— Инева! — вскрикнула Носова, увидев, как Юля втискивается между Катей и столом. — Заканчивай уже «клоунаду»!

— Кто сценарий сочинял? — спросил директор, пытаясь говорить сдержанно.

«Где, интересно, у него предохранительный клапан? — подумала Катя. — Как бы не взорвался!»

— Зачем его сочинять? — вяло и как бы задумчиво проговорила Лариса. — Соединили то, что было и немного изменили.

— А то, что было — кто сочинял? — вновь спросил директор.

— Вероятно, Дина Олеговна, — предположила Лариса.

Носова заметно побледнела и начала оправдываться:

— Старые сценарии они взяли за основу…

— Понятно, — властно перебил директор. — Стихи — чьи?

— Раз — подружка, два — подружка, три — подружка — будет «лесенка дурочек», — шептала Юля, переминаясь с ноги на ногу.

Катя и Лариса сдержанно засмеялись.

— Инева!.. Что ты там шепчешь?! — вскрикнула Носова.

— Мои стихи… У меня ещё есть! — уверенно ответила Юля и сделала вид, будто собирается что-то прочитать.

Вспомнив Юлины «творения», Лариса испугалась возможных последствий и отвесила Юле лёгкий подзатыльник.

— Упрямова!.. Руки не распускай! — моментально отреагировала Носова.

«Показать бы им, что значит — руки распускать!» — Подумала Катя и взглянула на Ларису.

— Откуда взялась собака? — спросил директор, вероятно, поняв, что продолжать говорить о стихах — бессмысленно.

— Из «ментовки», — поспешила ответить Юля.

— Откуда?! — переспросила Носова.

— Из милиции, — ответила Лариса.

— То-есть — это служебная собака?! — удивилась Носова. — С кем вы договаривались в милиции?

— С её начальником, — опять поторопилась ответить Юля.

— С каким начальником?.. С начальником милиции?!

— Нет… С собакиным начальником, — ответила Юля, пытаясь с помощью интонации изобразить наивность.

— Должность у него какая? — не унималась Носова.

— Я же сказала! — парировала Юля.

— Зовут его как?

Ответа не последовало.

— Звёздочек у него на погонах сколько? — спросила Носова, тяжело вздохнув.

Юля подняла взгляд к потолку, сделав вид, будто пытается вспомнить и, выдержав паузу, ответила:

— Шесть.

«Ну, молодец, — подумала Катя, — и не соврала, и правду не сказала».

— Чего шесть? — переспросила Носова.

— Да звёздочек же! — пояснила Юля.

Носова засмеялась, придерживая рукой левый бок.

«Замечательно! — размышляла Катя. — Кажется: Носова наконец-то почувствовала себя умнее студентки».

Встретив презрительные взгляды студенток, Носова перестала смеяться, взглянула на серьёзное лицо директора и, вновь побледнев, сказала:

— Вы бы хоть подумали своими глупыми головами, что собака могла детей напугать!

«Так-так: испугалась! — думала Катя. — Блеснула своим интеллектом, превосходящим директорский!» Юля же решила, что самое время «обидеться» за «глупые головы» и заявила:

— Детей и без собаки было кому напугать… Вы, Дина Олеговна, на себя в зеркало давно смотрели?

Носова, резко отставив стул, вышла из кабинета и хлопнула дверью.

— Юля!.. Разве можно так?! — укоризненно протянула Авоськина, фальшиво всплеснув руками.