Читаем Нашедшие Путь полностью

Нашедшие Путь

Александр Левин

Увидев, что Катя сидит за компьютером, Борис поздоровался.

— Привет, — отозвалась Катя, не оборачиваясь.

— Всегда тут уроки делаешь?

— Не всегда, но часто. Дома — плохо: всегда кто-то мешает, кошки по клавиатуре ходят и по мне лазиют.

— Лазят, — поправил Алексей.

— Что?.. А, ну я и говорю: по мне лазиют.

Борис усмехнулся.

— За то, она умеет пользоваться компьютером; меня — тоже обучила… А давай-ка, Боря, я твою водку «конфискую»; буду из неё настойки делать; а пить будем — сухое красное вино.

— Не возражаю. Наливай.

Катя повернулась и, увидев бананы, ткнула в них пальцем и спросила:

— Можно?

Борис кивнул и пододвинул бананы поближе к Кате.

— Со шпаной легко справилась в прошлый раз?

— Да… и не только в прошлый.

— Поделись секретом: как это можно — одной двоих уложить?

— Они меня на лестнице встретили… Первый — был с пивом… Я ему бутылку перевернула, — рычаг-то хороший, — пиво на него и вылилось… Пока этот урод отвлёкся, я ему болевой на кисть сделала, бутылку отобрала и об его башку разбила, потом — толкнула его на второго; а перед вторым — осколком горлышка помахала, из подъезда его выгнала; с крыльца он оступился; а я слегка подопнула для надёжности; вот он на скамейку башкой и приземлился… Я неприятностей ждать не стала: осколок в кусты закинула и ушла.

— Хорошо, что не испугалась, — одобрил Борис.

— Хорошо, что ментов никто не вызвал, — добавил Алексей.

— Пугаться этих скотов — как-то унизительно; а менты если бы даже и приехали, — я бы не созналась, что это я их уделала.

— А ты где тренируешься? — спросил Борис, сделав вид, будто забыл, что уже слышал ответ на этот вопрос, и надеясь узнать что-то новое для себя.

— Иногда — в клубе «Кимэ», но очень редко; а в основном — у Тимофея Сергеевича.

— У Анцигина?

— Да.

— Разве у него есть свой зал?

— Нет, но у него же частный дом; там человек шесть вполне может тренироваться очень даже хорошо… нормальных, естественно, желающих работать над собой, не таких, как Стасик Брусятин из клуба «Кимэ»… Я в этот клуб, в основном, потому и не люблю ходить… Этого ненормального если бросают, — он летит совершенно бесконтрольно, как какая-нибудь тумбочка, которую катанули с силой по полу; мало того, что сам не страхуется совершенно, так ещё и на кого-то налететь может.

— Уже имел возможность в этом убедиться.

— А бывает, что шляется без дела по залу; сам даже разминку никогда не делает, да ещё и другим мешает, навязывается со своими тупыми анекдотами: расскажет, а потом кричит как ишак — это он смеётся так… А как воняет от него!.. А ещё: всегда старается вплотную подойти к тому, с кем разговаривает… Может чихнуть кому-нибудь прямо в лицо…

— Ну да, ну да, заметил: начинаешь от него отходить, — нет — не понимает, лезет чуть ли не на голову. Лёха как-то быстро его «отшивает», а я что-то не могу, — неудобно как-то; правда, в последний раз разозлился — долбанул его пару раз об татами; так он пошёл тренеру жаловаться…

— Ну что вы за столом — о какой-то гадости?! — Возмутился Алексей. — Надо переключиться на что-то, не вызывающее всеобщего отвращения.

— Без проблем, — Борис потянулся за гитарой.

Шутки ради Алексей перехватил инструмент.

— Ну вот, стоит мне взяться за гитару… — Борис вдруг вспомнил свой вагонный дуэт и замолчал, невольно находя у прошлого те странные щемящие оттенки, которых никогда не бывает в настоящем.

— Обиделся что ли? — насторожилась Катя.

— Нет, нет, — не похоже; скорее, что вспомнил о чём-то, — предположил Алексей. — Возможно, сам где-то у кого-то гитару отобрал… Хотя… нет, — больше похоже, что кто-то сумел его впечатлить и, разумеется, это было как-то связано с гитарой.

— Верно, молодец, — угадал, к тому же, трижды угадал… А вот чтоб он меня обидел чем-то, этого, Катя, я себе и представить не могу.

— Надеюсь, что это действительно так, — пропел Алексей, перебирая струны. — «… И свято верю в чистоту снегов и слов».

— А давай вот об этом поподробнее, только не коверкай песню, как обычно.

Алексей начал наигрывать мелодию.

— Ну, началось! — проворчал Борис. — Просил же не коверкать.

Не обращая внимания на слова Бориса и всё так же искажая мелодию, Алексей продолжил:

Ну вот, исчезла дрожь в руках,

Теперь — наверх!

Ну вот, сорвался в пропасть страх

Навек, навек, —

Для остановки нет причин —

Иду, скользя…