— Что-то не получается приспособиться; да ещё с этим «дебилом» Стасиком часто попадаю; а с ним что-либо отрабатывать невозможно: ноет постоянно, страховаться — не хочет, падать — ленится, из зала то и дело выходит, когда ему вздумается, какие-то идиотские анекдоты периодически рассказывает, постоянно стремится тренировку в бессмысленную болтовню превратить.

— Ты ещё не видел, как но себя ведёт, когда злится на кого-то: может специально травму партнёру причинить… Как-то партнёра так подставил, что их обоих с тренировки выгнали, хотя надо было — только Стаса. Он даже тренера раза два или три травмировал… Много ещё можно сказать, но смысла в этом не вижу… А я ведь заранее тебя предупреждал: отказывайся с ним тренироваться, вообще общаться отказывайся.

— Почему-то «липнет» именно ко мне.

— Ты — новенький; он чувствует, что тебя ещё не успел «задолбать» на столько, чтоб ты от него шарахался, как остальные.

— Советуешь начать «шарахаться»?

— Я тебе сразу сказал.

— Неудобно как-то больного обижать.

— Да брось ты!.. Болезнь или её последствия — веское основание для того, чтобы человек работал над собой больше и старательнее остальных; а для него — это «ширма», за которой он прячет свою лень и свой эгоизм. К тому же, почему ты-то должен жертвовать своими интересами? Он ведь, по сути, обворовывает и себя и других: сам не тренируется и других лишает возможности тренироваться, да ещё и нервы основательно «выматывает»; ну и, в конце-то концов, тренировки — не бесплатные; люди платят деньги чтобы для себя что-то получать, а не этого… ублажать. Короче, давай-ка ты на всех последующих тренировках — будешь со мной в паре.

— Может не получиться: тренер «рассуёт» всех, как захочет; к тому же, у нас и весовые категории — разные.

— А мы всё же попробуем.

***

На следующей тренировке Алексей сразу встал в пару с Борисом, однако, как и предполагал Борис, тренер пересортировал пары уже на первых минутах. Оказавшись вновь перед Стасом, Борис категорически отказался выслушивать очередной, предложенный им, анекдот и постарался сосредоточиться на тренировке, не обращая внимания на особенности партнёра. Стаса на долго не хватило; заявив, что ему надо выйти, он направился в коридор.

Алексей подбежал почти сразу.

— Нам надо связку втроём отработать. Пошли! — позвал он.

Предложенная Алексеем, комбинация приёмов предполагала ощутимую жёсткость и нагрузку. Видя упадочное настроение Бориса, Алексей то и дело подгонял его и предлагал прорабатывать элементы, требующие активного участия всех троих.

Вскоре вернулся Стас; он немного помялся, походил кругами, потом позвал Бориса; Алексей, однако же, не позволяя Борису обернуться, активно вовлекал в работу обоих партнёров.

Убедившись, что остался один, Стас пошёл жаловаться тренеру, потом вернулся, долго пытался что-то сказать, но, убедившись, что его не слушают, вновь отправился к тренеру. Желая отделаться от навязчивого ябеды, тренер подошёл и потребовал от Бориса вернуться к партнёру. Алексей попытался возразить, но Борис жестом остановил его и направился к Стасу со словами:

— Ну держись!.. Не люблю я, когда мне тренировку портят.

После нескольких жёстких падений Стас выругался матом и вновь пошёл жаловаться.

Вернувшись к Алексею, Борис лишь пожал плечами в ответ на его вопросительный взгляд и сразу же спросил сам:

— Выгонят?

— Возможно… Этот сейчас распишет с искажениями и преувеличениями.

Когда после тренировки Борис и Алексей уже направились к выходу, тренер подозвал Бориса.

— Я догоню, — сказал Борис, жестом остановив Алексея, и отошёл.

Немного понаблюдав за ходом разговора, Алексей медленно вышел. Бориса ждать долго не пришлось; появившись не более чем через минуту, он глубоко вдохнул и, посмотрев вверх, заметил:

— Звёзды-то сегодня!.. Интересно: если к нам инопланетяне прилетят, — что будет?

— Походят, посмотрят, да и полетят обратно докладывать своему начальству, что на этой планете жизни нет.

— Я послезавтра на работу выхожу.

— Обратно на завод?

— Да… Кстати, слышал раньше, что там есть какой-то зал; ребята, вроде, занимаются… А ты здесь будешь продолжать тренироваться?

— Не знаю… До твоего возвращения я занимался раз пять в месяц тут и раз семь-восемь — у Тимохи.

— Может, посидим завтра у меня или у тебя?

— Тогда — у меня. Причину знаешь.

— Договорились.

***

Созвонившись с Алексеем, Борис взял, собранный заранее, пакет и вышел из дома. Он шёл неспеша, помахивая пакетом и засунув другую руку в карман куртки. Взгляд скользил по исписанным и изрисованным стенам домов, что усугубляло, и без того унылое, настроение Бориса. Спокойно переждав, когда пройдёт стая бродячих собак, Борис вошёл в подъезд, осмотрелся и направился вверх по лестнице.

— Странно: в подъезде сегодня чисто, — высказал Борис своё удивление, уже открывшему дверь, Алексею.

— Сам же в прошлый раз «подчистил», да и Катя — двоих ублюдков отвадила… Надолго ли?!. Делали бы то же самое менты, — было бы во всех подъездах чисто.

— И в городе, — добавил Борис, подавая Алексею пакет. — Выставляй на стол.

В пакете оказались консервы, бутылка водки и бананы.